Спящие

– Ясно, – кивнула сотрудница спецхрана. – Как звать?

– Виктория Волк.

– Замужем?

– Нет.

– Хорошая фамилия. Русская. Теперь о другом…

Вика просидела около часа, отвечая на всевозможные вопросы, вплоть до того, занималась ли спортом и если занималась, то каким. В конце разговора узнала, что новую начальницу, величают Евгенией Порфирьевной. Выходить на работу предложили завтра, а пока…

Вникнуть в суть и оформить документы.

Вика с директрисой спецхрана вышли в холл, где сидел один охранник – тот, который открывал дверь.

– Это у нас, – Евгения Порфирьевна указала на вахту. – Пункт управления. Отсюда можно закрыть или открыть все двери данного учреждения, кроме этих двух, – указала на двери в кабинет и на улицу. – Если заметила, то на этих дверях ручки лишь с одной стороны. Сделано специально, – хитро добавила она. – Отсюда же связь с любыми спецслужбами. В здании установлено видеонаблюдение и палаты, как мы их называем, просматриваются. Но пойдем дальше. Вначале надо показать само хранилище, а к пульту управления мы вернемся.

Начальница, взяла на вахте запасные фонарь с рацией и повела Вику в один из коридоров. Чем ближе они подходили, тем явственней становился запах… Неприятный, щекочущий ноздри… Когда подошли ближе и запах стал различимей Вика поняла, что воняет сладковатым гниением плоти, но не так сильно как должно в подобном месте.

– Помещение отлично проветривается, – угадала мысли Евгения Порфирьевна. – В воздух с периодичностью в… – задумалась она.

Они вошли в коридор, по обе стороны которого располагались зарешеченные комнаты. В каждой из них, под потолком, слабо-слабо горела лампочка, лишь настолько, чтоб освещать метр на метр в округе. Начальница подвела к первой палате и остановилась у входа. Включила фонарь и обвела стены лучом. В желудке Вики противно заныло, а в голове, будто табличка перед глазами, повисла мысль: «Во что ты ввязалась?!»

Вдоль четырех стен стояли нары в несколько этажей, где лежали трупы.

– Не беспокойся, привыкнешь…

– Боюсь, не привыкну, – Вика чувствовала мелкий озноб. – Слишком тяжелая работа для хрупкой девушки…

Евгения Порфирьевна несколько мгновений смотрела ей в глаза.