Последний берег

Не стоило труда догадаться, что лютое недомогание – последствие этого перемещения через время и пространство.

Да, именно через время и пространство.

Я оказался в 2439 году от Рождества Христова. Правда, в космическую эпоху старым летоисчислением уже не пользовались. Так что шёл 478 год Космической эры, которая считалась от полёта первого человека в космос, то есть от того самого «Поехали!».

Бир-Бор родился на терраформированном Марсе в 437 году. После кадетского корпуса, благодаря выдающимся физическим данным и великолепному интеллекту, его приняли в элитную школу диверсантов, которую он закончил с отличием.

– Бир-Бор? – постучал носатый в дверь. – С тобой всё в порядке?

Я даже не знал, что ему ответить. Я помнил две жизни. И не знал, какая из них моя…

Спазмы прекратились, и я, опираясь на стены, сумел подняться. Над сортиром находилось зеркало, в котором я увидел молодцеватого и подкачанного красавца в коричневой робе с номером «1985».

Я почувствовал, как меня снова скрутило. Упав на колени, склонился над унитазом, пытаясь выдавить из желудка то, чего там давным-давно не было.

– Воды… – попросил я, перед тем как меня скрутило от очередного спазма.

– Сейчас, – буркнул Флеминг. Послышались его удаляющиеся шаги.

Да, я вспомнил, что этого человека звали Флеминг. Я должен передать ему код от синомодулятора корабля, на котором мы летели.

В моих же интересах было передать ему этот код. Вот только я его ещё не вспомнил…

Флеминг вернулся с бумажным стаканчиком, который я моментально осушил. Память прекратила подкидывать новые воспоминания целыми блоками, тошнота чуть отступила, но не пропала, так как я постоянно что-то вспоминал об этом мире. О мире своего будущего, до которого ни при каких обстоятельствах не мог дожить…

– Код! – потребовал Флеминг.

– Я его забыл, – пришлось ответить мне.

Флеминг долго буравил меня взглядом. Было видно, что он бы мне в морду дал, но побоялся, что я сломаю ему руку. Точнее Бир-Бор сломает, а я ещё не вспомнил всех приёмов, которым он обучен. Хотя, может тело само подскажет?

– Урод, – буркнул Флеминг. – Ты нас всех в могилу загнал, – он развернулся и ушёл.

А на меня снова стала накатывать тошнота.