Лысая гора

– Какие ещё кактусы?

– Такие себе маленькие, лишённые колючек, мексиканские кактусы, – ответил он и, не раскрывая рта, вдруг на одно мгновенье высунул язык, довольно длинный, но уже без раздвоения на конце и больше похожий на человеческий. Высунул и тут же спрятал, как это обычно делают все змеи. Видно, не до конца ещё избавился от дурной привычки. – Но, если их пожевать, – продолжил он, – мало не покажется.

Димон-А с недоумением посмотрел на Дэна.

– Я же заказывал другое.

– Ш-ш-ш, – прошипел он, – это оно и есть.

Даже разговаривая, Дэн держал голову неподвижно, и казалось, что за чёрными очками скрывается такой же чёрный застывший немигающий взгляд.

Лиахим всё это время почему-то скрывался за спинами парней. Его незримое присутствие сильно напрягало их. Непонятно было, что он там замыслил. Не так был страшен многоликий, как то, что он находился вне зоны их зрения.

Чувствуя неладное, то один, то другой пытался, как бы невзначай, обернуться, но ни одному, ни другому не удавалось это сделать.

– Не беспокойтесь, – поспешил их успокоить херувим, – своим людям мы туфту не предлагаем.

Димон-А взял тёмно-зелёные бутоны в свою руку.

– Я такие уже разок пробовал, – припомнил О`Димон.

– Такие, между прочим, не просто достать, – сказал Дэн. – Их запрещено… ш-ш-ш, – вновь зашипел он, показав язык, – выращивать даже в Мексике.

– Почему?

– Потому что… ш-ш-ш… они дают просветление.

– Что, правда?

Димон-А раскрыл ладонь и по-новому посмотрел на высушенные кактусы. Неожиданно херувим вышел из-за его спины. На плечах у него вновь присутствовала прежняя человеческая голова с кучерявыми волосами и рыжей бородой.

– Эти кактусы так пробуждают сознание… что в какой-то момент вас озаряет. И вы начинаете видеть такое, – завёл Лиахим глаза кверху.

– Что именно?

– То, что скрыто от всех, – добавил Лиахим. – То, что никто не видит… ну, за исключением шаманов, колдунов, ведьм и прочих ясновидящих….

– Во, клёво! – обрадовался Димон-А.

– Только помни, – предупредил его херувим, – трип будет очень серьёзным.

– Ну, мне не в первой, – усмехнулся Димон-А.

– Более того, очень опасным, – добавил Лиахим.

– Я обожаю опасные психоделические путешествия.

Следующие слова, произнесённые херувимом, прозвучали более весомо:

– На этот раз ты увидишь апокалипсис.

– Апокалипсис? – испуганно переспросил Димон-А.