Билет в никуда

Белоцерковец не обратил внимания на барабанщика, продолжил:

– …а получается-то интересная картина. Вот вы, – обратился к Эдуарду Эдуардовичу, на секунду «зацепился» глазами за шишку на подбородке, но в следующую секунду брезгливо отвел взгляд. – Кто по специальности?

– Инженер-проектировщик, – ответил Эдуард Эдуардович. – Дома высотные проектирую.

– Вот! – Белоцерковец подвел никому не видимый итог. – А я известный режиссер! А вы? – спросил одновременно Иосифа и Яну.

– Мастер спорта. Альпинист, – буркнул Иосиф.

– Поэтесса, – ответила Яна.

– Ну, а ты? – спросил Белоцерковец у Мишастика.

– «Лейкемию» знаешь?

– Болезнь или группу? – в свою очередь поинтересовался режиссер.

– Группу, конечно, – дважды хлопнул в ладоши барабанщик.

Тут-то Белоцерковец моментально понял, где видел этого человека. Его лицо частенько попадало в объектив телекамер. Да и двойной хлопок в ладоши тоже был узнаваем – на концертах песни «Лейкемии» частенько начинались с хлопков барабанщика, за которыми следовал гитарный рифф.

– А чего ты на поезде?! – первое, что вырвалось у режиссера.

– Да я как-то не собирался, – пожал плечами барабанщик. – Но пришлось.

– А вот проводница меня настораживает, – сменил тему разговора Белоцерковец. – Наверняка она должна следить за порядком и предохранять нас от всевозможных… от любых противоправных действий на железной дороге. А она стоит тут, с нами, и делает вид, что ничего не знает.

Глаза Юлии округлились.

– Что ты несешь?! – она побледнела и моментально забыла о правилах приличия, рабочем этикете.

– Прекращайте придумывать, – громко произнесла Яна, глядя на Белоцерковца. – Вряд ли кто-то из нас представляет интерес для какого-либо реалити-шоу. Вы уж точно никакого. Поверьте, знаю. Я, между прочим, тоже не представляю интереса. Единственный, кто хоть немного будет интересен, так это он, – указала на Мишастика.

– Я попробую еще раз связаться с машинистами, – рыкнула проводница, направившись к выходу из вагона.

– Я с тобой! – вскочил Белоцерковец и тут же сел, стукнувшись макушкой о верхнюю полку. – Чёрт! – потер голову. – Понаделают тут…

Юлия остановилась. С закрытыми глазами сжала-разжала кулаки. Несколько раз глубоко вдохнула.