Напиток богов

 – А-а, я тебя уже вижу.

Сунув мобильный телефон в нагрудный кармашек сарафана, она по косой сбежала вниз по склону. Дьякон облегчённо вздохнул и, выждав мгновенье, поднялся во весь рост. Выглянув затем из-за куста, он увидел на дальней открытой полянке с двумя раскидистыми соснами молодую ведьму в красном сарафане и старую ведьму в чёрном платье.

Навка обняла мать и, запыхавшись, спросила:

– А где же Хаски? Что ещё случилось?

– А, – отмахнулась ошейником Веда, – это всё проделки иных.

– Ты тоже встретила их?

– Ну, да. Вон там, – показала она посохом, – возле Змиева логова.

– И что они хотели от тебя?

– Да всё того же, что и от тебя. Чтобы я срочно убиралась с горы. Кто-то из их высших бесов должен сегодня пожаловать. А может, уже и пожаловал. Слышала, сколько ворон летало над вышками, а затем и гром?

– Да, а что они говорили про Зою?

– Я так поняла, что они в пропаже её не замешаны. Они сами не знают, где она. Для них главное, чтобы нас здесь не было.

– И чем всё закончилось?

– Аспид, зараза, отстегнул ошейник, и Хаски убежал вслед за ним.

Навка горько вздохнула:

– Зоя где-то здесь. Я это чувствую.

– Уверена? – спросила Веда.

– Да, мне идёт, что она живая. Она где-то рядом, только ещё не знаю, где, – хлюпнула носом Навка.

– А ты по дороге сюда заходила в Нагиеву нору?

– Заходила. Там её нет.

– Где же она? Получается, что я не вижу её в мире мёртвых, а ты не видишь её в мире живых.

Ничего не слыша, о чём ведьмы беседуют, и не испытывая особенного желания подойти к ним поближе, безумный инквизитор, одурманенный душистым запахом белых соцветий бузины, злобно выставил перед собой медный крест и скороговоркой прошептал:

– Сгиньте, ведьмы, сгиньте, проклятые!

После этого он сбежал по склону вниз к дороге и, перейдя её, вновь по тропинке спустился в Ведьмин яр.

8. Гог и Магог

Пойдя туда, куда глаза глядят, Димоны поднимались теперь по щебневой дороге, перешедшей вскоре в гравийную.

Из-за дальнего дуба с правой стороны вышел на дорогу седовласый старик с довольно длинной сивой бородой, развевающейся на ветру.