Приди и узри

– Какая ты у меня красавица! – восхитилась Навка. – А ну, покружись!

Зоя закружилась, и белое платье её взвилось колоколом. Под ним у неё обнаружились худенькие ножки девочки-подростка, хотя сверху уже проглядывала вполне сформировавшаяся грудь.

Когда голова у Зои перестала кружиться, она обнаружила в траве неподалёку голубые колокольчики, которые раньше не замечала. Развёрнутые лепестки венчиков напоминали собой в профиль пятиугольную звезду, а в анфас – царскую корону. Но, вероятнее всего, корона была создана по образцу этих колокольчиков.

– Я тебе лучше этих нарву! – воскликнула Зоя и бросилась к ним.

Навка глянула на цветы: что-то здесь было не так.

– Не трогай их! – крикнула ей Навка. – Не надо!

Обычно колокольчики цветут в середине лета, а не в конце апреля.

Но Зоя и не думала срывать цветок. Рядом с ним она обнаружила странный предмет, похожий на янтарный браслет. Взяв его в руки, она с любопытством рассмотрела его. Прозрачный жёлто-оранжевый браслет был необычной формы: он чем-то напоминал наручные часы, только на циферблате не было ни стрелок, ни цифр.

– Мам, смотри, что я нашла, – протянула она браслет подошедшей Навке.

Та с изумлением взяла его в руки: ничего подобного она раньше не видела. Довольно объёмный, на широкую мужскую руку, он был вырезан, видимо, из цельного куска янтаря. Бугорки на светлом поле циферблата, собранные в круг, чем-то напоминали эмблему евросоюза.

Одинаковые красно-коричневые вкрапления под ними предполагали высочайшую технологию изготовления. Браслет, скорей всего, был утерян кем-то из иностранцев.

– Гора всегда забирает себе то, что ей причитается, – вслух произнесла Навка и вернула браслет дочке.

Зоя тут же надела его себе на запястье, но он оказался слишком большим для её тонкой руки и едва не соскочил на землю. Невзначай она нажала пальцем на центральный багровый бугорок.

В тот же миг произошло нечто невероятное. Вначале её бросило в холод: мороз пробежал у неё по спине, и она покрылась гусиной кожей. Потом её бросило в жар, и в следующую секунду она вспотела: перед глазами её возникло марево, и воздух поплыл над поляной, как над костром.

Затем в ушах у неё зазвенело, после чего наступила звонкая тишина.