Никому не доверяй! Остросюжетный кинодетектив

На площадке Капустина прислоняет к стене дрожащую Пашу, а сама открывает входную дверь.

– Милости просим в мои хоромы, – приглашает Капустина.

71

Капустина, поддерживая под руку Пашу, вводит её в коридор. Не включая свет, проводит на кухню и усаживает на табурет.

72

Сарычев отходит от входа и поднимает голову вверх, ожидая, где сейчас вспыхнет свет. И он дожидается этого момента.

Свет загорается на втором этаже слева от входа в дом. Теперь он знает, где прячется Паша. Нужно только попасть в подъезд.

73

Хозяйка квартиры, не подозревая, что включив свет в кухне, выдает местонахождение беглянки. Капустина усаживает за стол Пашу и принимается хлопотать у плиты, желая угостить, убитую горем, незнакомку горячим чаем.

– Сейчас чаю попьёшь, и тебе легче станет.

Паша уже не плачет, а, уткнувшись взглядом в круглый, светящийся плафон, висевший на потолке, молча, сидит на табурете, лишь изредка бросая испуганный взгляд в темный коридор. Капустина быстро готовит чай, наливает в большую чашку и ставит на стол.

– Пей.

Паша смотрит на чашку, не понимая, что от неё хотят. Капустина вздыхает и пододвигает чашку поближе.

– Да-а! Видать, сильно тебя потрясло, что до сих пор оклематься не можешь. Ну да ничего. Вода на месте не стоит. И не такие раны зарубцовывались.

Она добавляет в чашку ещё две ложки сахара.

– Это тебе, чтоб не так горько было. Пей, милая.

Паша приходит в себя на мгновение и смотрит на свой сжатый кулак. Потом разжимает пальцы. На ладони лежит маленький блестящий ключик.

– Почему это должно было случиться со мной? – Спрашивает Паша, – За что? Я же ничего такого не делала…

– Это только Он знает… – Капустина показывает вверх, – А человеку – нет. Как говорят в народе: знал бы, где упадешь – соломку туда подстелил.

– Только что, на моих глазах убили человека, – сообщает Паша.

Капустина ахает.

– О, Господи!

А Паша продолжает говорить однотонно и быстро, словно заведённый механизм.

– Они не остановятся. Я чудом сбежала. Но они меня найдут. Я это знаю. И убьют. Они, наверняка, сейчас под подъездом дежурят.

Капустина опускается на табурет и косится на темное окно. Теперь и её не держат ноги. Она с трудом поднимается и задёргивает занавески, стараясь не смотреть в окно.

– Час от часу не легче.