Василиса+говорящая

– Что-то мне нехорошо сегодня, – вяло ответила Елена и зевнула, – я, наверное, пойду, отпрошусь… Сегодня с вами позанимается другой наставник…

Она поднялась и не спеша пошла к двери, придерживая голову.

А я, довольная собой, развалилась в кресле. Было чем гордиться! Задание Ивана выполнено практически полностью, осталось только дождаться…

Пока я занималась самолюбованием, ко мне подошла немолодая женщина и присела напротив:

– Здравствуйте, Василиса, – она улыбнулась просто, без превосходства и ужимок, чем сразу расположила меня к себе, – я – Ольга Николаевна.

Она немного помолчала, подбирая слова, а потом словно решилась:

– Скажу сразу. Я вас боюсь…

Вот это поворот! У меня аж рот открылся от удивления.

– Почему? – хрипло спросила я.

– Мы все знаем, что вы – говорящая.

Я оглянулась на всех, кто был в комнате. Оказывается, что с тех пор, как ушла Елена, они неотрывно наблюдали за мной. Мда, это плохо…

– И что? – повернулась я снова к Ольге Николаевне.

– Я считаю, что Елена почувствовала себя плохо по вашей вине… Поэтому у меня просьба. Давайте жить дружно?

И она так заискивающе посмотрела на меня, что я не нашлась, что ответить.

Итак, я выросла до местного монстра. Однако! Карьера молниеносно взлетела. Только вчера была несмышлёной ученицей, и вот на тебе!

Я подалась вперёд, заставив женщину отшатнуться, и спокойно произнесла:

– Я никому не желаю зла.

Ольга закивала, принимая мою игру, и развела руками:

– Ну что ж, тогда продолжим занятие. На чём вы остановились?

Я хмыкнула и в который раз произнесла:

– На моей кошке…

– У вас есть кошка? – Ольга радостно всплеснула руками. – Что ж, это многое меняет! Человек, имеющий дома питомцев, не может быть плохим по определению! Животные всё чувствуют! Расскажите мне о ней?

Вся наша дальнейшая беседа напоминала скорее светский трёп, чем какое бы то ни было обучение.

Основное, что мне удалось узнать: ЛюПарНас назывался так по фамилиям трёх самых сильных магов в Москве, создававших это предприятие: Любавин, Паршин и Настасьин. Сами они уже давно почили от старости, но дело их продолжало существовать и даже великолепно процветать, судя по авансу, который мне выдали.