Ограбление, Поджог, Игла, Пропажа. Кинодетективы из сериала «Чупакабра»

– Верить можно в светлое будущее, Ульянов, – произносит капитан, – А алиби доказать нужно.

Ульянов вздыхает:

– Алиби нет.

– Вот видишь.

Ульянов опускает голову:

– Всё против меня. Кто-то даже пустую коробку из-под слабительного мне в дом подкинул.

Величко сочувственно рассматривает инкассатора, засомневавшись в том, что тот виноват:

– А сам думаешь кто?

– Петров. Больше некому. Он у меня утром в день ограбления был.

– Кто это видел?

– Соседка видела, – вспоминает Ульянов, – Когда я Петрова в квартиру впускал, она мусор выбрасывала.

– То, что он у тебя был, ничего не говорит, – сообщает Величко.

– У меня после его посещения живот и заболел, – приводит последний довод Ульянов.

– Ты считаешь, что он тебе слабительное воздушно-капельным путем отправил? – Спрашивает следователь.

– Смеетесь? – Грустно произносит Ульянов, – Мы с ним чай пили. С блинчиками. Вот, зараза! И не подавился же!

– А зачем ты сюда пришел? – Задает вопрос Величко, видя. что Ульянов готов сотрудничать со следствием.

– Хотел найти какие-нибудь доказательства, – отвечает тот, не задумываясь, – Не мог же Петров готовить ограбление и не оставить следов.

– Не мог, – соглашается Величко.

– Я и с братом хотел поговорить, – продолжает инкассатор, – Не может быть, чтоб он не знал, что задумал Иван. Это ему деньги на операцию нужны. Операция дорогая. В Израиле хотели делать.

Величко подходит к Ульянову и поднимает его со стула.

– Всё. Поехали. Будем разбираться в отделе.

– Я не виноват, – канючит инкассатор, – Я не убивал Петрова.

– Может быть, – говорит капитан, – А за остальные твои художества, кто отвечать будет? Папа Римский? Пошли.

Величко берёт Ульянова под руку и ведёт к выходу из квартиры. Светлакова и Гунявый идут следом за ними.

38

Гунявый останавливается на пороге и наблюдает, как Величко грузит на заднее сиденье автомашины Ульянова, который все время продолжает уговаривать следователя:

– Ты же знаешь, начальник, что у меня «халатное отношение к работе», а не «разбойное нападение».

– Единственное, чем я тебе могу помочь, Ульянов, – обещает ему Величко, – это дать в суде показания, что ты сам ко мне пришел. Добровольно. Но для этого тебе нужно написать явку с повинной.

– Явку писать не буду, – отказывается Ульянов.

– Чего?

– Западло.