Василиса. Кто ты?

Расскажите, пожалуйста!

– А нечего рассказывать, – вздохнул Борис Николаевич и выпустил струю дыма, – подойдите вон к тому зеркалу, сами всё поймёте.

Он ткнул своей трубкой куда-то за наши спины. Я оглянулась и присвистнула: там, в углу, стояло огромное зеркало от пола до потолка, овальное, в витиеватой раме и на изящных ножках. Боюсь даже предположить его ценность.

– Какая красота! – восхитился Ваня совершенно искренне, – Это антиквариат, я так понимаю?

– Правильно понимаете, – кивнул хозяин, – венецианское.

– Но, как? Откуда? – Ваня был явно поражён. Он стоял у зеркала и, не касаясь его, водил руками, не смея поверить.

Меня его изумление не трогало, честно говоря, я не очень-то разбираюсь в древних артефактах.

– Боже, это что-то! – всё причитал Ваня, пока хозяин не вернул его с небес на землю.

– Ваше восхищение объяснимо, молодой человек, но всё же, причина здесь в другом. Попробуйте пройти мимо зеркала слева направо. Да, да! Именно так! Слева направо! И смотрите внимательно в зеркало!

Ваня недоверчиво посмотрел на него, отошёл от зеркала и выполнил манёвр.

– Это грань времени, Вась! – вдруг произнёс он, совершенно не обращая внимания на присутствие человека, – только не пойму, зеркало ли является гранью или сам угол комнаты. Иди сюда!

Я повторила его действия, глядя в зеркало. Под определённым углом оно, словно жалюзи, раскрылось, и я увидела древний город с грязными улицами, лошадьми, навозом и множеством людей.

– Ого! – зашептала, – Ты когда-нибудь такое видел?

– Нет, но много об этом читал. Грань времени статична. Поэтому может стать воротами для нечисти из других миров. И как бы ни было печально, её надо закрывать. А ещё надо посмотреть, нет ли тут монстров. Хотя, думаю, что есть. У меня в голове всё кружится, значит, нужны ОМПшники. Давай так. Я сейчас к ним, а ты к Любавину. Он тоже нужен здесь. Это уникальное что-то, думаю, Костя нам не простит, если мы ему это не покажем.

Я насупилась, глядя, как некая женщина в грязном переднике выплёскивает помои прямо на головы прохожих из окна с цветными витражами на стёклах. Не хочу идти к Кощею. Видеть его не могу.

Ваня смерил меня внимательным взглядом и покачал головой:

– Это наша работа, Вась. Оставь свою обиду до другого раза. Сейчас ты должна поставить в известность Председателя Комитета, а выяснять отношения с Костей ты будешь потом, договорились?

Я скривилась и кивнула.