Василиса. Эпидемия тьмы

Шаман распахнул перед нами дверь ближней избы и приглашающим жестом махнул внутрь:

– Прошу, гости дорогие! Покажу, как мы тут живём.

Я словно попала в дикую старину. Моя жизнь в трущобах и то была осовременена хоть какими-то благами цивилизации. Тут же не было ничего, что напомнило бы о двадцать первом веке, об эре информатизации, о чудесах науки и техники. Проще, чем жили в этом экологическом поселении, жить, по-моему, нельзя. Просто не получится. Стол, лавки, топчаны, печь. И всё. Даже матрасы представляли собой мешки, набитые сеном.

Дима внимательно наблюдал за моей реакцией и тихо посмеивался в кулак. А Ване явно очень понравилось тут. Он присел на лавку возле окна и огляделся. Потрогал стол, раму.

– Гладенько! Хороший у тебя мастер. Видно, что не магией сделано.

Дима склонил голову:

– Спасибо.

– Познакомь с плотником? – улыбнулся Иван, понимая, какой будет ответ.

Шаман хмыкнул и промолчал.

– Не знаю, что здесь может нравиться, – скривилась я, – слишком просто.

– А зачем? Всё, что мне нужно, здесь есть. Остальное лишь хлам, – удивился он.

Я вытаращила на него глаза.

– Но ведь зачем-то человечество придумало весь этот хлам! Для удобства, для упрощения быта, для красоты, в конце концов!

Дима оглядел комнату и пожал плечами:

– По-моему, красиво вышло. Дом тёплый, надёжный. Во всяком случае, я старался…

Тут, наконец, и до меня дошло, что он строил этот дом своими руками, и я замолчала.

А Ваня засмеялся:

– Первый раз вижу мага, стремящегося всё делать своими руками! Решил вернуть вектор цивилизации вспять? От мага к человеку?

Шаман насупился и с обидой в голосе огрызнулся:

– Ничего вы не понимаете! Это моё хобби…

– Теперь понимаю, – Ваня встал и похлопал его по плечу, – не обижайся. Ты молодец. И руки у тебя откуда надо растут. Я вон тоже люблю блины сам делать, да, Вась?

Я улыбнулась и истово закивала:

– О! Это вещь! Самые вкусные блины в мире!

– Это вы ещё не пробовали моё коронное блюдо! – сощурился Шаман, – Идёмте, вкусное мясо и выпивку я вам гарантирую.

Ещё раз оглядев избу, я вдруг спросила:

– А Светик где?

– Ну, – замялся Дима, – мы пока не решаемся вместе жить. Поэтому, моя холостяцкая берлога находится в первозданном виде.

И чуть тише добавил:

– Не могу себе представить биде в этой избушке…

Мы с Ваней переглянулись и хихикнули.