Ребекка

За что ни брался, ничего путного не выходило. Может быть, с этого и начала виться та цепочка событий, которая привела меня сейчас за стол, где я пишу эти строки.

Прошло ещё месяца два-три, был март. Тогда мой дружок управляющий получил предложение о переходе на повышение. Он обрадовался: ему предстоял переезд в крупный город, повышение оклада, карьерные перспективы. Чего греха таить, я тоже поначалу обрадовался: думалось мне, что от его пирога и мне кусочек отломится, что, может быть, его карьерное положение и мне поможет.

А как именно поможет – об этом я не задумывался.

После отъезда друга стал я сам управляющим филиалом. Тут бы, сейчас думаю, взяться за дело, засучить рукава, проявив все свои лучшие качества, – ан нет! Пошёл я тогда по другому пути. То ли весна на меня действовала, то ли что-то ещё, но все мысли у меня были только об одном: как найти себе подругу. Эта мысль разъедала все мои рабочие начинания. Ну представьте себе: вот сижу я на обычном утреннем совещании с сотрудниками, а среди восьми человек пять – молодые женщины.

И думалось мне о них, а не о работе.

Прогресса в работе не было. Наоборот – апатия, нежелание чем-то заниматься. Подозреваю, что и коллеги мои учуяли моё состояние – тут уж трудно что-то было утаить.

Возникла ещё и другая проблема. У нашего филиала, как и у всех других, в центральном офисе был свой куратор. В мае этот куратор сменился. Им стал средних лет клерк с большими карьерными претензиями. Отношения у меня с ним не клеились.

Ушедший на повышение дружок звонил редко.

А я-то всё ждал, что он предложит мне какое-нибудь славное местечко, где я смогу работать. Он говорил, что ему нужно сначала самому обжиться на новом месте. Так что о моём каком-то переходе не было от него ни слова, ни полслова. К тому же я стал подозревать, что мой дружок общается с куратором, портившим моё доброе реноме.

Но если уж не везёт, так не везёт во всем. Со временем моё положение на работе только ухудшалось. Отношения с куратором стали хуже некуда. Он приехал ко мне на разборки в июне.

До того доспорили, что чуть не подрались: ну не понимал он меня – и всё тут!

Ещё через пару недель центральный офис банка направил ко мне помощника. Точнее, помощницу. Молодую, двадцати шести лет женщину по имени Ирэн. Чуть не с порога Ирэн сообщила, что в центральном офисе недовольны моей работой и её главная задача – разобраться в ситуации и помочь, где требуется. Казалось бы, благие намерения, мол, только разобраться и помочь.