Боро Мэй

И тогда распределение оказалось банальным и неожиданным: Охрана Академии Высших Искусств, должность боевой маг….

Все повторилось вновь, разочарование накрыло его волной, из груди вырвался тяжкий вздох. Все еще надеясь на ошибку, он несколько раз перечитал распределение и с презрением отбросил его в сторону. Ничего не изменилось с тех пор, как и прежде судьбы мира вершились сухой бесчеловечной машиной бюрократии. Никого не интересовало, чего ты хочешь, к чему стремишься. Есть бал диплома, есть специализация и есть вакансии.

И все. А дальше механическое распределение списком. Но если выпускнику Академии по большому счету все равно, с чего начинать карьеру, то для Магистра Высших Искусств, боевого мага, бывшего преподавателя Лаэсского Университета, было досадно получить распределение на должность Заведующего Хранилищем Академии Высших Искусств. За что? Конечно, у этого вопроса есть только один разумный ответ. Скандал со студенткой в Университете. Магистр поморщился, вспоминая длинноногую пятикурсницу с белыми, как снег, волосами, по чьей вине он лишился места преподавателя и был сослан в Коргельмусскую колонию, в отряд сдерживания на границе Империи Тьмы. Много лет, проведенных в приграничных скалах, научили магистра боевым повадкам зверя, его взгляд стал суровым и недоверчивым, а характер злобным и нетерпимым. За годы ссылки, он растерял всех друзей и близких, так и не обзавелся семьей, но зато его мастерство в битве на мечах и боевых единоборствах достигло высшего дана. Видимо поэтому ему разрешили покинуть колонию, дабы нести службу на более полезном поприще. Прощание с братьями по оружию в отряде было сухим и коротким. Уходить отсюда было не принято и очень сложно. Весть о его переводе в центр Империи восприняли с удивлением и немалой долей зависти. Сам магистр тоже был удивлен такому повороту судьбы. Но в Империи приказы не обсуждались. Всевидящее Око Маора ни с кем переговоров не вело, и в случае бунта или неподчинения лишало магии навсегда. Поступая в любое учебное заведение магической направленности, каждый юный маг принимал это как догму, подписывал клятву кровью и всю жизнь вынужден был ее соблюдать. На памяти магистра было всего два случая неподчинения Маору, и оба случая широко освещались во всех учебных заведениях, как пример, как страшное напоминание о клятве, последствия нарушения которой для мага были неотвратимы.