Космический рейдер «Нибелунг»

– Вот эти полупрозрачные хвосты, подобные кометным, показывают вектор по которому движутся объекты. Чем длиннее хвост, чем больше скорость, – пояснил старший техник.

– Что мы имеем? – спросил принц, морщась от головной боли.

Хотя он принял лекарство, волны боли иногда прорывались сквозь медикаментозную завесу.

– Прошу прощения, ваше высочество, – Дейч судорожно вздохнул. – Я больше занимался присмотром за аппаратурой.

– Можете показать нам катера УМПТСК? – попросил Маскариль.

Он разглядывал ситуационную схему, подойдя к ней вплотную, даже отчасти нырнув головой внутрь изображения.

– Один момент, – сказал Дейч, и вновь побежал в подсобку, чтобы нажать несколько кнопок на пульте. Теперь на одном из экранов появились силуэты станций, кораблей, баз с краткими пояснительными текстами.

Когда он вернулся принц поднял руку.

– Стоп! Вы не могли бы посадить туда человека, чтобы не бегать всякий раз самому? У меня и так голова трещит, а вы беготней создаете дополнительный раздражитель.

Дейч выглянул в коридор, где уже толпились согнанные гвардейцами сотрудники и вернулся с техником, которого и отправил за пуль.

– Вот эти несколько искорок и есть таможенные катера.

– Чем они вооружены?

– Двадцатимиллиметровой скорострельной пушкой, насколько я помню. Против боевых кораблей это ничто.

– А здесь хранилище топлива? Большая штуковина!

– Нет, это почтовая станция Геликон. Она удалена от планеты, чтобы без помех принимать сообщения. Передачи почтовых капсул очень слабы.

– А это? – шут ткнул пальцем в блеклый серый значок на орбите Барти.

– Она самая. А это «Нибелунг», – ответил Дейч, вытирая платком пот со лба, щёк и шеи.

– Ах, да, «Нибелунг», – произнёс принц. – Папочка купил его… кажется на распродаже… а может у каких-то жуликов… чёрт, у меня раскалывается голова.

– Потерпи принц, – сказал Маскариль. – Сколько времени у нас есть, старший техник?

– Времени для чего?

– Я имею в виду, сколько пройдет времени прежде чем эта шайка доберется до нас от Новой Австралии?

Дейч развернул проекцию до схемы всей Северной Дуги.

– Если учитывать только движение с остановками для заправки, то около шестидесяти стандартных дней у нас есть, – сообщил он.