Ворота Сурожского моря

Космята, Семка запомнил его по разбитому лицу, и еще один парень, высокий с впалыми щеками, стеснительно поглядывая на соседей, сдержали себя. Теперь они ели медленно, стараясь сохранить каждую крошку в ладони. Про себя Семка хмыкнул: «Гордые ребята. Наша, казачья порода». Доев, первые пленники попросили пить. Есаул вытащил из-под перекрытия на носу курдюк с водой.

Семка, выбирая моменты между гребками, окликнул близнецов:

– Эй, юртовские.

Оба обернулись с полными ртами:

– Ты нас, чо ли?

– Вас, вас, кого же еще? Чьи вы да откель будете-то, парни?

Они переглянулись, словно взглядом договариваясь, кто будет отвечать.

– Лукины мы, – ближний закинул слежавшуюся прядь волос назад. – Я Валуй, а брат – Борзята, низовые мы.

Загоруй усмехнулся:

– Быстрый, сто ли?

– Ага. Он быстрый, я сильный.

– Быстрый и сильный, как вы в полон-то умудрились попасть?

Разговором заинтересовались остальные казаки. В струге стало тихо, замолкли товарищи. И даже Косой вытянул шею с носа струга, прислушиваясь.

Валуй прожевал кусок лепешки, ладонь тыльной стороной вытерла губы:

– Дело нехитрое. По осени, пол-лета тому назад мы рыбу с братом промышляли на ерике. Поутру сети ставили, пару волоков кинули, а тут ногаи и налетели. И всего было-то их человек десять, но отбиться не смогли. Троих насмерть положили, еще троих поранили. Кому бошку пробили, кому руки поломали, но все равно повязали. Оружия-то у нас с собой не было, тольки весла. Ну, избили они нас в отместку за своих. А после привязали к хвостам конским и потянули.

Падали несколько раз, а они, гады, все равно тянули, не останавливались. Кожа вся послезла, пока до юрта добрались. А потом уже увидали – наших много захвачено. Хутор подчистую вывели. Мать увели, брата Василька, ему всего 11 лет было, сестру Красаву, – он грустно улыбнулся. – Она, и правда, очень красивая. Эх, где они нонче?

– Да, – крякнул Семка. – Как говорится, хочес покою, готовься до боя. Не повезло вам.

– А как же вы их так близехонько подпустили? – подал голос атаман.

И все разом оглянулись на бывших невольников. И даже их товарищи по несчастью перестали жевать.

Валуй попросил бурдюк с водой – в горле пересохло. Пока он пил, продолжил Борзята.

– И у атамана не две головы. Предали нас, наверное. Иначе не пришли бы к нам на Остров.

– Предателей в казаках нет, – сурово нахмурился Косой.

– А был у нас один – не казак. Семен. Давеча ушел он на охоту с товарищем. А апосля мы его с ногаями увидали.