Девятихвостая академия

Не в силах пошевелиться, парень лишь просто наблюдал за тем, как всё его естество охватывает яркое свечение, а затем он вмиг очутился где-то на полу…

***

Яркий солнечный день постепенно оставлял свои владения, уступая красочным сумеркам, на фоне которых порхающие лепестки сакуры казались особенно белоснежными. Где-то мерно раздавался стук содзу[2 - Содзу – устройство из бамбука, издающее мерный стук по мере наполнения водой], когда коромысло раз за разом наполнялось водой, но сейчас все были увлечены куда более важным занятием: собравшись у алтаря, простой люд в порядке очереди хлопал в ладоши и даровал монетки, после чего мелодично позвякивал колокольчик, и так повторялось вновь и вновь.

Ещё один стук содзу – и один из мужчин, подняв взгляд, в благоговении и почтении упал на колени, увидев перед собой девушку в пёстрой юкате[3 - Юката – традиционная японская одежда]. Её длинные чёрные волосы контрастировали с бледностью кожи, женственные формы были отлично подчёркнуты идеально лежащей на теле тканью, а яркие звериные глаза красавицы пристально смотрели на мужчину и прочих собравшихся.

Чёрные лисьи ушки кицунэ шевельнулись, а затем в такт им колыхнулся шикарный пушистый лисий хвост с мехом такого же оттенка, разве что кончик был серебристым.

– Генко-сама, Генко-сама! Мы так рады… Мы уже и не ожидали, что вы нас посетите, мы ведь всего лишь простые деревенские…

– Мы чтим всех последователей Инари-сама, Такахаси-сан, – милым голосом сказала девушка, ответив вежливым лёгким поклоном на радушное приветствие жителей, пока её помощница, невзрачная девушка в лёгких самурайских доспехах и с волосами, собранными в пучок, торопливо собирала монетки, закатившиеся за алтарь.

 – Что за беда с вами приключилась? В чём можем мы помочь?

– Великая Генко-сама, вы даже знаете моё имя! – польстившись на подобное проявление лисицы, старейшина не сразу спохватился. – Мы сами не слишком-то посвящены в детали, – продолжил мужчина, слегка отошедший от первого шока и восхищения.

 – С недавних пор крестьяне, что на поля отправляются, начали исчезать. Люд поговаривает, будто кто-то завёлся у деревьев, что поле нашего господина окружают, но жертвы нашлись и среди тех, кто вглубь не забирался… Пожалуйста, Генко-сама!

– Я займусь! – неожиданно раздался голос позади толпы, а у черношёрстной лисицы даже глаз задёргался, когда она увидела источник голоса. – Распоряжение Академии, выкуси, коза.