Идеальное зрелище, или… «Кругосветка этрусков». Книга 1

Эти компании в принципе не были конкурентами банкам, или крупным предприятиям, работавшим успешно, но последних по данному направлению не нашлось даже в такой огромной стране с двухвековой традицией успешного железнодорожного строительства.

С. проснулась:

– Попить бы…

Он протянул бутылочку:

– Эта вода не холодная и без газа.

– Заботливый… Я вот тоже позаботилась, подготовила материалы для губернатора так, что твой друг их сможет использовать, как свой доклад по вопросу. Мои девочки все сделали по формам протокольного отдела администрации.

– Земли, моя дорогая, в России всем не хватает только земли.

– Разговор про отвод земли они, как и все, будут откладывать до решения всех других вопросов. И в этом никто не поможет, да и лучше так. И для нас.

– Нужно проработать вариант с передачей земли от старого газопровода, через два года начнется его демонтаж.

– Тогда нужно входить в социальные проекты, подобрать участки для двух-трех небольших показательных поселков.

– Да! Тайно сделать не удастся, а вот социальная программа властям нужна к выборам, на это они даже и потратиться согласятся. Дома, хорошие дома, отремонтированные после газовиков, это не просто слова и бумаги. Я был в них… там действительно комфорт. И газопровод – Союз делал – прямой, как стрела… и рядом – пустота – то, что нам нужно.

Пропуска в здание администрации получили быстро. Также быстро переговорили с вице-губернатором. Деловой и по-офицерски подтянутый он одновременно решал самые разные дела с поразительной уверенностью в том, что все будет исполнено. Сколько у него этих дел? И что его раззадорило на административной работе, было совершенно не понятно, но в наше время такой задор мог вызвать только уважение. Звали его Игорь. Игорь, узнав, что все бумаги по его вопросу готовы, вызвал начальника отдела, представил ему вновь прибывших и они расстались.

С начальника отдела можно было писать портрет чиновника, годный для любой эпохи: высокие брови, умный взгляд и заботливость, заботливость в каждом жесте, в самой манере сидеть, держать руки и бумагу. Если бы не две-три лишние родинки над губой – инвертированная Джоконда, каким-то чудом перенесенная из шестнадцатого века в двадцать первый.