Время как призвание

– Переодевайтесь, на территории госпиталя нахождение в гражданской одежде запрещено – произнесла она и, подождав пока мы переоденемся, сложила нашу одежду в пластиковые пакеты, прикрепила к ним бирки с нашими именами и вышла.

А еще через час нас отвезли в операционную.

* * *

Меня и Голди положили на соседних столах. Мы были опутаны проводами, подключенными к куче приборов стоящим здесь повсюду. Вокруг нас суетились молоденькие медсестры и солидные врачи.

Пришел липопластик с ассистентами и долго, и пристально рассматривал наши голые тела.

Потом над нами заклубились два облачка, и компьютерная программа создала наши голографические портреты. Впервые за много дней в этом облаке я увидел себя настоящего.

А потом пришел сон. Я еще пытался сопротивляться, но он окутывал все глубже и глубже. Последнее, что я увидел. Сквозь полузакрытые веки, как на меня опускалась прозрачная камера…

Время то ли остановилось, то ли вытянулось в непрерывную длинную линию без конца и начала.

Мне снились странные сны. Где мы с Голди оказались закрытыми в комнате, без окон и без дверей. Мы искали выход из нее и не находили. В комнате заканчивался кислород и я начал задыхаться… И, когда казалось, что остался последний глоток, я проснулся.

* * *

Голди на соседнем столе уже не было. Не зря говорят, что у женщин как у кошек по семь жизней.

Мне помогли подняться две симпатичные молоденькие сестрички и провели меня в соседнее помещение, где я смог одеться в длинную сорочку, чтобы прикрыть свою наготу.

Потом меня усадили на кресло каталку и повезли из операционной по госпитальным коридорам к нашей палате.

И вот только в этот момент мое сознание окончательно прояснилось. Мысль, прятавшаяся где-то в глубине мозга, выскочила наружу: «Я теперь не Говард, я Лорн, а Голди, не Сара, а та самая моя Голди которую я любил уже шесть лет.

Меня подвезли к нашему временному пристанищу, я встал и сделал шаг, дверь открылась, а на пороге стояла улыбающаяся, настоящая Голди, ее распущенные волосы волнами спадали на плечи, а в глазах притаились слезы.

16

Операции по восстановлению внешности нам сделали восемнадцатого августа, а девятнадцатого мы получили увольнительные и на военно-транспортном флаере летели в Сидней.

Флаер, если кто не знает, это грузопассажирская шлюпка, на которой на орбиту доставляют грузы и экипажи.