Пилигрим

Именно обычного респиратора, а не горошин в ноздри, расщепляющих и выводящих из кислорода отравляющие вещества.

Спин зашевелился у меня за пазухой и громко фыркнул.

– Не нравится запашок! – Я через рубашку потрепал его по теплой спинке.

– Вурр! – Ответил он мне и поскреб коготками по моим ребрам. На его языке это звучало как высшее одобрение моих действий.

Я поднялся на ноги и, прихрамывая, довольно быстрым шагом пошел внутрь тоннеля, отсчитывая про себя каждые десять шагов. На стенах тут и там выступали какие-то голографические знаки, но я не был хорошо знаком с языком Синды, а потому решил подстраховаться и высчитывал пройденный километраж дедовским способом, знакомым мне по скаутским отрядам.

Под серым сводом пещеры, примерно через каждые тридцать метров, пролегали прозрачные трубопроводы, через которые в сливные буфера попадали отходы жизнедеятельности города.

Внизу, прямо к ним, лепились слизняки, на подобии земных улиток, только без раковины, и размером с небольшую собаку.

Местные иногда выходили поохотиться на них, мясо этих тварей считалось на Синде большим деликатесом.

Поймать слизняка было делом непростым и чертовски опасным. Они только кажутся этакими неповоротливыми рохлями, на деле это около двадцати килограммов мышц, сжимающихся и разжимающихся на подобии пружины, способной сломать руку человека, как сухую тростинку, что тогда говорить о тщедушных синдийцах.

Кроме того они вооружены острыми, как лезвие, ядовитыми шипами. Убить их яд вас не убьет, но ощущения вызовет незабываемые, на пару минут вас парализует, а потом еще полчаса гарантирован болевой шок, при любой попытке двинуть конечностями.

За это время слизняк со товарищи, переварит вас в своих жвалах.

Впрочем, хватит о плохом. На деле это безопасное животное, никогда не нападающее первым. Не трогайте его и вам ничто не угрожает.

* * *

До нужного мне выхода из термального тоннеля было еще около десяти километров, или почти два часа хода быстрым шагом.

Я вынул из сумки, висящей у меня на поясе, небольшую фляжку воды и сделал маленький глоток, потом засунул руку за пазуху и осторожно вынул Спин С-цина. Он внимательно осмотрелся вокруг, потом повернул голову с большими ушами на сто восемьдесят градусов, посмотрел мне в глаза и, обхватив маленькими шестипалыми лапками флягу, жадно сделал глоток.

С-цин отказался снова залезть мне за пазуху, а вскарабкался на мое плечо, ловко цепляясь коготками за ткань рубашки.