Предназначение

Наконец, мы считаем, что герой тот, кто сознательно обуздает охватившие его волны, а они – тот, кого Провидение само поднимет на самый гребень, избрав одного его из миллионов или миллиардов абсолютно таких же единиц человеческого общества…

Монах вздохнул, очевидно приходя к выводу, что и так сказал более чем достаточно.

– Вот и вся теория, Горн! Теперь ты доволен?! Мой тебе совет: подумай, а когда почувствуешь, что закипаешь, закажи что-нибудь жидкое и отупляющее…

Хонтеан решительно встал, чтобы отправиться в свою каюту.

Но, к его большому удивлению, Горн все еще смотрел с интересом.

– Подожди! – попросил принц. – Скажи мне вот что: почему тогда Хамовники правят, а вы в изгнании?

– Потому что теория Хамовников утверждает, что к власти могут прийти только избранные, а по теории Жрецов Времени – любой желающий, поставивший себе цель. Хамовники поддерживают правящий класс, правящий класс поддерживает их. Все просто.

– Но если Хамовники запрещают влиять на Провидение, как же они могут оказаться сильнее вас, подстраивающих судьбу под себя?

Хонтеан улыбнулся:

– Для нас они делают исключение.

– Нарушают собственные законы?

– Да. Но винят в этом не себя.

– А что будет, если два равных по силе верующих пожелают противоположного?

– Если действительно равных – ничего.

– Как так?

– Если к одной точке приложить две равные, противоположно направленные силы, результирующий вектор станет равен нулю… Тебе преподавали физику?

– Какая же это физика? Это…

– Отдыхай, Горн! – Монах больше не мог и не хотел продолжать беседу.

Любознательность юноши перелились через край чаши его терпения. – Ты далеко пойдешь, принц!

Глава 4

По расчетам пилотов, дорога до Данагота должна была занять тринадцать суток. Пассажиры провели это время по-разному.

Горн, несмотря на свойственную его возрасту самонадеянность, решил, что дополнительная подготовка не повредит – все тринадцать дней принц провел в спортзале, до седьмого пота отрабатывая удары, уклоны, выпады, броски, уколы и защиты.

Неизвестно, смог ли он таким образом восстановить физическую форму, но от душевных переживаний избавился наверняка. У него не оставалось ни одной свободной минуты, когда можно было бы подвергнуться атаке тяжелых мыслей. Юноша каждый день изматывал себя до такой степени, что валился в постель практически без сознания.

Латорон все время был рядом.