Библия смерти

 – У меня нет такого желания, но вера учила меня не отказываться от подношения в еде, и я принимаю твое приглашение. Но, не вздумай предлагать мне деньги. Я не возьму их из твоих рук.

Ясуши. – Хорошо, я учту твои пожелания.

18:00

Секундная стрелка не успела еще начать свой новый цикл, открывая двери следующим минутам жизни, как зазвонил звонок двери. Ясуши пол дня готовился к встрече, размышляя над тем, что скажет брату. Помощь принимать он отказывался, а вернуть кровь домой шансов не было (или были?).

Все, чем он мог ему сейчас помочь – это накормить голодный желудок, который, по всей вероятности, давненько не вкушал съестных харчей.

Ясуши. – Брат мой! Ты все же пришел. Рад, что ты не передумал.

Ясуши направился в его объятия, но Акайо насухо ему отказал.

Акайо. – Я сказал, что приду, а мое слово еще имеет цену. И в этом заслуга совсем не вашей крови. Тебе не ведомы такие мелкие формальности.

Ясуши. – Может на время прервемся, а то в коридоре разговаривать как-то неудобно.

Пройдем к столу.

Акайо молча проследовал по направлению выставленной руки брата.

Акайо. – Я ведь тебе ясно дал понять, что не приму от тебя милостыню.

Ясуши. – Это всего лишь ужин. Не стоит его оценивать как-то иначе.

Акайо. – Просто ужин! С какой легкостью ты стал прощаться с отцовскими деньгами. Просто ужин, мой дорогой, не стоит тысячу долларов.

Ясуши. – Я, возможно, виноват перед тобой, хоть и сам так не считаю. Это меньшее из того, что я могу для тебя сделать.

Акайо. – Идя сюда, я долго размышлял, как поступить правильно, не взирая на законы моей общины…

Ясуши. – Брат.

Акайо. – Послушай. Я не отыму много твоего драгоценного времени. Так вот. Я надеялся, что ты остался все тем же примерным мальчишкой, который совсем не вписывался в тот мир, в котором ты живешь. Ведь это именно поэтому тогда решили отдать тебя, а не меня. Ты не чувствовал вкус денег. Я до последнего пытался в это верить. Но я ошибся! Впервые за последние десять лет.

Твоя мать жестока, как и ты. Мне стоило еще ребенком опасаться ее нежных рук. Ее я не прощу никогда и желать здоровья ей не стану. Как и тебе. Видимо так и должно было все закончится. Справедливость сама решила восторжествовать в красках порока.

Ясуши молча улавливал суть брата, пытаясь понять его тонкие намерения.

«А не поменяться ли ролями он хочет мне предложить? (крутилось в его голове) А что? Это честно! Он имеет на это полное право.