Библия смерти

Пять лет он вынашивал в своей голове идею, как сделать так, чтобы у него в конечном итоге остался только один единственный наследник. По прошествии этого срока, он пересилил страх перед всевышнем, отдав должное своей процветающей компании и Ясуши Окумура был отдан в приемную семью, без права вернуться в родное крыло.

Ясуши Окумура:

Цвет глаз – серо-голубой. Рост – 173 сантиметра. Первым появился на свет. А все остальные качества строения ума этого ребенка были схожи с его родным братом и давно всем известны.

Ясуши было всего только пять, но этот смышленыш уже сейчас знал себе цену и понимал на что хотят обрести его судьбу. Этого не должно случиться!

Много делать не пришлось. Акайо рос самым обыкновенным избалованным, отцом, ребенком, ничем не отличаясь от любой другой золотой детворы. Тем временем Ясуши старался, наоборот, проявлять всю свою детскую любовь, тепло и нежность к матери, не требуя ничего взамен. Разве могла она так подло поступить с единственным понимающим глубину ее сердца членом семьи?

Зайдя в комнату к Ясуши, она увидела не спящего ребенка, хотя время отбоя давно наступило.

Иоши. – Ты все знаешь? Верно, Ясуши?

Ясуши. – Я слышал ваш разговор. За что отец так со мной поступает?

Иоши. – Тебе будет сложно сейчас это понять. Даже я не до конца осознаю всю его суть. Правда перечить его Слову я не имею права. Обладая такой империей, он боится, что после его смерти произойдет раскол. Вас двое, а кресло всего одно.

Ясуши. – Но мы же братья! Мама, я не хочу тебя терять (слезы).

Иоши было больно смотреть на свою кровь и она, не выдержав плача, выбежала прочь из его комнаты, оставив на журнальном столе свежезаваренный ароматный чай из мелиссы и карамели. Это все, чем она могла сейчас его успокоить. Спустя пятнадцатиминутной истерики он наконец-то взял себя в руки и со злобой в душе, сопровождающей остаточным всхлипыванием, выпел остывший чай и уснул крепким сном, уткнувшись в подушку. Сон застиг его мгновенно!

Иоши.

Мать зашла в комнату к сыну, когда на часах была уже половина первого ночи. Акайо не то, чтобы спал, он был полностью погружен в мир своих заблудших избалованных фантазий и не реагировал на помехи звуков со стороны двери его комнаты. Решив долго не испытывать судьбу, Иоши сделала ему укол инсулинового шприца и вышла в коридор. Ей здесь не нравилось. Она очень редко бывала в его комнате. Акайо был больше привязан к отцу.