Библия смерти

И все ради того, чтобы крепко выстоять семестр, получить положительные баллы и возможность передвинутся ближе к финишной отметке диплома. Такой балласт хотелось скинуть каждому, но как выяснилось не вечно скучному Алексею. Что в итоге и послужило столь сильному скандалу. После чего, весь на нервах Матусов, сняв напряжение на первом попавшемся дереве, отправился восвояси, бросив собственную девушку и даже не посчитав нужным проявить уважение к ее желаниям. Возможно, уже тогда и зародилась червоточина, желающая в дальнейшем порвать с ним после окончания учебы.

Стефан приобнял Водынаеву за плечи, дав ей возможность выплакаться и справиться с собственными чувствами. Они просто стояли, слушая пения птиц и стрекот кузнечиков. Где-то отдаленно был слышан гул веселящейся толпы, к которой как можно скорее желал присоединиться и Шмидт. Он так сильно рвался к очередной порции холодного пива, которое каждую секунду всплывало в его голове, что даже не сразу почувствовал, как руки Ирины оказались у него на члене. Когда он одернул ее от столь вольной неожиданности, она уже старательно пыталась вывести его зверька из спячки.

Стефан. – Ты что творишь? Не стоит таким пагубным образом уходить от возникших проблем. Легче тебе от этого не станет, да и мне тоже. Я не желаю быть просто мальчиком для свершения мести.

Ирина. – Просто трахни меня! Я знаю, что ты этого хочешь.

Стефан. – Может и хочу. Но не таким образом. И я не думаю, что эта идея понравиться Матусову, а схлестнуться с ним, знаешь ли, хочется мне меньше всего.

Ирина. – Забудь ты уже о Матусове. Просто, возьми, и трахни меня. Неужели это так сложно.

Ирина вновь подкралась к его гениталиям, чуть, было, не вырвав их с корнем.

Стефан. – Давай мы это обсудим завтра, на трезвую голову. И если твои желания окажутся прежними, я с радостью их выполню.

Ирина. – Завтра будет завтра. Я не пила сегодня ни капли, разве с этим тираном можно нормально отдохнуть.

Стефан. – Не надо…

Она впилась в «Германца» губами, и его внутреннее животное не могло больше себя сдерживать.

Он закрыл свои глаза и ответил ей той же взаимностью. Они отсутствовали не долго – минут пятнадцать-двадцать, но совершая свой страшный грех, Водынаева успела кончить целых четыре раза. Стефан не был с ней груб, хотя она сильно настаивала на обратном, желая совершить преступление по полной (чтоб не так обидно было). Но на все ее мольбы, пришлось довольствоваться малым, чтобы сэкономить время и поскорее утолить голод обоих.