Дорога во тьме. Ч. 1

Оставались бомжи и различная шпана, в чём Макар, по правде говоря, тоже сомневался. Сколько бы он здесь ни ходил, даже вечером, никого из их братии не встречал. Эту мысль подтверждало отсутствие рядом с домом пустых бутылок, пачек из-под сигарет, бычков… да и вообще какого бы то ни было бытового мусора, хотя здесь точно никто не убирался. Не любила местная шантрапа данное место, факт. Макар во время этих недолгих размышлений продолжал баюкать Танюшку, а другой рукой гладил пепельные волосы жены. Выругавшись про себя, Макар решил, что хватит с него головоломок, в конце концов, они идут на пикник, ну и нечего здесь торчать.

– Ну что носы повесили? Всё хорошо, я с вами, ничего не случилось. Пойдёмте-ка на озеро и организуем самый замечательный пикник на свете!

Маша немного смущённо посмотрела на него:

– Никогда мне этот дом не нравился, идём поскорее отсюда!

– Ну а я что говорю?!

В отместку за их испуг Маша решительно подошла к клумбе, на секунду замерев, словно перед погружением в холодную воду, резко нагнулась, сорвала один цветок и с победной улыбкой подошла к Макару, всё ещё державшему Танюшку на руках.

– Держи, солнышко, вот твой цветочек.

Маша закрепила цветок у дочки в волосах.

Макар с наслаждением вдохнул полной грудью чудную смесь из цветочного аромата и запаха Танюшкиных волос, брошенных тёплым ветром ему в лицо.

Кнопка подняла головку от груди Макара и, серьёзно посмотрев ему в глаза, сказала:

– Папа, я не испугалась этого, этого злого дядю, который так страшно шумел.

…Ветер в волосах его дочери, запах её волос, смешанный с ароматом странного цветка. «Я не боюсь!» – так она говорила, когда действительно чего-то сильно пугалась. Так она сказала в его последнем сне. А может, и во всех остальных, которые он видел в течение года после их похорон. Его девочки… Они звали его, им требуется его помощь!.. Бред, возможно, но всё в течение последнего года в большей или меньшей степени походило на бред, так что это вполне укладывалось в картину его нынешней повседневности.

Свет летнего дня постепенно уступал место сумраку квартиры. Звуки летнего леса в вязкой тишине, прерываемой только капающей из крана водой… Убрав рисунок от глаз, Макар устало привалился спиной к стене, положив руки на колени, и стал прислушиваться к своим мыслям и ощущениям.

Трель дверного звонка разорвала цепь его размышлений. Макар сидел в лёгком замешательстве, пытаясь представить, кого это принесло.