Дорога во тьме. Ч. 1

Их взгляды встретились.

– Торопись, я долго не смогу сдерживать тьму, время на исходе.

– Что же я могу?

– Ты можешь попытаться. И ты не одна.

– Но кто…

Образ волка начал размываться, превращаясь в туман, из серой мглы послышался голос, кто-то звал её издалека:

– Лиза, Лиз-а-а, Лизка, – плечо немилосердно начало трясти. – Да ты будешь просыпаться или нет? Только и знает, что дрыхнет.

Голос матери настойчиво требовал, чтобы Лиза проснулась. Девочка, вздохнув, привычно погрузилась в темноту реального мира.

Видя, что дочь наконец-то проснулась, Екатерина Матвеевна отпустила её плечо.

– Значит, так. Как умоешься, я на холодильнике положила сто рублей, сходи, купи хлеба и бутылку пива для отца.

– Он мне не отец, – хмуро буркнула девочка.

– Поговори ещё у меня! В общем, сходишь и купишь, пиво в холодильник положишь. Да, я сегодня буду поздно, нужно убирать подъезды в соседних домах, так что слушайся па… – женщина на секунду запнулась: – Петю.

Лизу точно хлыстом перетянули.

– Как?! Он же должен на рынке быть!

– Комуй-то чего он должен, тебе, што ль? Приболел человек, решил дома побыть.

Голос матери раздавался уже из коридора:

– Ну всё, я пошла, мусор захвати.

Говорят, что плохие мысли имеют свойство материализовываться. Когда накануне Лиза думала, что неизбежно придёт час, когда она останется наедине со своим злейшим врагом один на один, она представляла это не так буквально. Сейчас она чувствовала себя боксёром на ринге, пропустившим сильный удар: ноги сделались ватными, руки налились свинцовой тяжестью, в голове туман и монотонный шум прибоя, тело требует, чтобы прекратили это издевательство… Надо всего лишь остановиться и опустить руки, и всё будет кончено.

Но для неё «опустить руки» означало не просто проиграть. Остаться и ничего не сделать значило, что отчим, как огромный бульдозер, раздавит её «Я», весь её мир, оставляя лишь пустую шелуху, втоптанную в грязь. Нужно попытаться… хоть что-то сделать! Хотя бы попытаться, ведь именно об этом просил её белый волк, единственный её друг.

Скатившись с кровати, Лиза судорожно начала переодеваться (как хорошо, что она давно приучила себя складывать вещи в одно место). В голове тревожным набатом билась мысль: «Только бы отчим спал, только бы не проснулся!» Осторожно, как минёр, она потихоньку открыла дверь комнаты и вышла в коридор. Из родительской спальни раздавался богатырский храп отчима.