Дорога во тьме ч.2

Не считая нужным прятаться, он, не таясь, вышел из кустов. Мелкая дрянь, услышав его, обернулась и принялась вопить. Самые желанные для него звуки. Они все были его инструментами, а он – музыкантом, извлекавшим из них чудесную музыку. Крыса бросил быстрый взгляд в спину Буга, тот продолжал прочищать мамашу, которая тоже верещала так волнующе, так… По телу прошла сладостная дрожь. Дочь трогать нельзя, но уж с мамашей он натешится вволю, он не будет торопиться, спешка портит всё удовольствие. Быстро облизнувшись, он вновь обратил своё внимание на визжащую мелочь.

С неё не должен упасть ни один волос… отлично, значит, просто поговорим. Она ведь не знает, что ему нельзя её трогать.

– Ну здравствуй, дружок. Хочешь, я расскажу тебе сказку, а если будешь хорошо себя вести, я кое-что тебе покажу.

Он присел перед ней на корточки, мелкая попыталась отползти от него, но он быстро пресёк это, пригрозив ей обглодать ей ноги, если она ещё раз пошевелится. Крыса принялся в красках описывать, как поступит с её мамой, после чего пообещал то же самое сделать с ней.

– А в конце я буду отрезать от вас по кусочку и скармливать друг другу.

Ребёнок заливался слезами, уже не плача, а не переставая вереща, как свинья, которую режут. Крыса смаковал момент. Просто чудесный день! Он приблизил своё лицо вплотную к орущему лицу девочки, та спряталась от него за маленькими ладошками.

– Я й-й-й-й… я н-н-е бббо… юсь, м-м-мой па-а-апа т-т-т… а-а-а-а…

Осклабившись своей кривой ухмылкой, Крыса проговорил, растягивая слова:

– Наверное, я прямо сейчас откушу тебе уши и съем их, а потом…

Сквозь рыдания и завывания ребёнка Крысе показалось, что он услышал какой-то другой звук.

Уже поворачивая голову, он подумал, что наверняка это Буг веселится с бабёнкой. Резкая боль вонзилась в его левое плечо, а на спину навалилось что-то рычащее и через секунду новая вспышка боли стегнула его по правому уху. Крыса позабыл про девчонку и про то, что собирался откусить ей уши. Теперь какая-та зверюга хотела оставить без ушей его…

…Маша чуть промахнулась, когда перегибалась через поваленный ствол и вместо шеи вонзила отвёртку в плечо. Не удержавшись, она навалилась на спину заоравшему от боли Крысе. Тот резко выпрямился, а Маша, не отпуская торчащей из плеча отвёртки, впилась зубами ему в ухо. Она почувствовала солёный вкус чужой крови. Несколько раз дёрнув головой, она откусила половину уха и выплюнула его.