Смешная любовь. Роман о любви

– Откуда ты знаешь, о чем я думаю?

– Я это чувствую. Не бойся получить слишком много удовольствия.

Я открыл рот и сказал совсем не то, что хотел сказать:

– Тебе так нравится?

– Да. А-а. Хорошо, – она тихо застонала. – Что ты хочешь этим доказать? Рядом с тобой я начинаю замечать свой возраст.

Показалось или на самом деле в голосе Наташи было удивление, хотя с чего ему быть?

Я следил за ее движениями, а она так же рассматривала меня.

– Не дави на меня, – попросила Наташа.

– Я не давлю.

– Давишь. Это невыносимо.

Что я при этом чувствовал? Я был счастлив.

Я любил женщину. Узнавал много нового о себе.

На самом деле все произошло очень быстро.

Наташа была тяжелая, вялая и теплая. Непредсказуемого в ней оказалось меньше, чем во мне. Я могу доверять только той женщине, которую чувствую.

– Ты такая вкусная, – мне очень хотелось это сказать.

– Как это?

– Ты сладкая.

– Повтори. Мне необходимо, чтобы ты повторил. Я хочу знать, что ты сказал это не случайно.

Наташа делала меня нежным. Я этим воспользовался. Я был уверен, что интересен. Мне нравится гордиться собой. Нужно перестать оглядываться по сторонам. Самые важные решения всегда обдумываются недолго.

Старался объяснить себя Наташе со всей доступной мне правдивостью. Необязательно тратить время на осторожный слова. Никогда не забываю о своих желаниях.

Уткнувшись лицом в ложбинку между ее теплых, упругих грудей, я прижал их к вискам и сказал:

– Мои.

– Господи.

– Я правильно сделал? – я ждал, когда она подтвердит мою правоту.

– У тебя все получается легко. Ты рад?

– Да.

– Я тоже. Ты меня портишь. Не каждая женщина может позволить себе радоваться своим желаниям.

Я могу быть искренним. Мне это очень нравится. Люблю быть нежным. Прежде у меня не было такой возможности.

Прижав Наташу к своему влажному телу, я спросил:

– Хочешь быть моей женщиной?

– Да, – ответила она.

Я смотрел на нее, все еще сомневаясь. Но у Наташи были такие искренние, любящие глаза, что им нельзя было не поверить.

Она прижалась щекой к моей руке и спросила:

– Ты на меня больше не сердишься?

– За что я на тебя должен сердиться?

– Ты как избалованный ребенок. Какой ты независимый.

– Я – да.

– Я хочу, чтобы ты оставался таким, какой есть. Правду говоря, я люблю, когда ты такой, как стена.

– Помолчи.