СЕКСотка. В России душат любовью, ломают взглядом и гибнут под руинами целой страны

Я предполагал, что у нас с тобой не просто деловые отношения. Я даже прилетел сюда больше для того, чтобы увидеть тебя. Порви эти фотографии – и никогда не будем вспоминать об этом! – предложил он. – Но, черт возьми, как ты хороша на них! Этих фотографий нет даже в твоем досье, хотя это и оперативная съемка. Они только у меня, и я их очень люблю. Прости мне эту слабость. Представь, через несколько лет ты будешь звездой театра и кино. А что останется мне? Пенсия, одинокие холостяцкие вечера. Я, правда, так и не развелся с женой, но вместе мы не живем.

– Значит, мне никогда от вас не освободиться?

Он подошел к ней. Погладил по лицу.

– Ты хочешь, чтобы мы расстались? А на смену мне прислали другого? Разве тебе от этого будет лучше? Разве он знает тебя, как я? Разве знает он, какой может быть в постели эта сдержанная с виду женщина? Да и кто еще может знать тебя лучше, чем я? Твой муж?.. Когда-нибудь, через много лет, может быть. Но ему не испытать с тобой той близости, которая делает девушку женщиной.

– Ведь тебе было приятно тогда? Больно, но приятно? – продолжал он, – Ты ведь любишь боль?

Он резко сдернул с плеч ее платье, под которым не оказалось лифчика. Обнажились налитые, возбужденные груди.

Он повалил ее на ковер, так и не освободив руки, оказавшиеся спеленатыми платьем. Он спустил брюки, задрал ее платье, сдернул трусики.

– А первый оргазм ты испытала тоже со мной! Помнишь, как это было? Помнишь? Помнишь? – повторял он, выделывая телодвижения на ней. – Сейчас ты у меня вспомнишь! Вспомнишь! Вспомнишь! – говорил он, убыстряя ритм. – А потом сядешь и напишешь все, что я от тебя хочу!..

Глава 2

…Она ушла из дома. Тогда за всю дорогу, а это два часа езды, она ни разу не пожалела об этом. А когда электричка, сбросив скорость, миновала последнюю стрелку перед Курским вокзалом, ей от радости хотелось петь.

А петь она любила с детства, пела всегда и везде, не стесняясь: и на школьных вечерах, и просто на улице – вполголоса, совершенно не замечая косых взглядов.

Родителям нравилось и то, что девочка растет музыкальной, и то, что со сцены может прочесть стихи, нравилось даже, что занималась в доме офицеров в драмкружке. Но когда в конце девятого класса Лена объявила, что хочет стать актрисой, – родители испугались.