Муж Святой Героини

Они тоже начали закручиваться над моей головой спиралью, и внутри туч блеснули молнии, и гулко прогремел гром.

Веселящиеся в корчме не подозревали о происходящем снаружи, однако в некоторых домах распахнулись двери, и удивлённые люди вышли на крыльцо и уставились на небо. Где-то поблизости залаяли собаки.

– Tolgan Draiokh! – взревел я в полный голос.

Молнии заблистали чаще, гром загремел сильнее. Под концом моего посоха образовался светящийся фиолетовым магический круг с древними письменами и геометрическими фигурами.

Фигуры вращались, письмена плыли друг за другом. Круг начал шириться и захватил меня.

И в тот же момент я почувствовал чьё-то присутствие. Сущность, которую я ощутил, находилась на небе, но при этом она была очень близко, она находилась прямо у меня за спиной, и ещё она находилась у меня в голове, и при этом она была снаружи моей головы – у моего правого уха, и всё же она обитала на небе, или за небом, или где-то вне нашего мира, за пределами материи, но прямо тут, рядом со мной, вдали, невероятно близко, там, здесь.

Она была рядом, и её не было. Она была близка, но была дальше небес и размерами шире вселенной. Она была маленькой, и гигантской. Она существовала, не существовала. Она имела форму, и не имела.

– Ты звал меня? – прозвучал рокочущий басовый голос в моём правом ухе.

– Прими мою жертву, – проговорил я, – в обмен на исполнение желания.

– Ты уже не в первый раз обращаешься ко мне. Если ты снова с той же просьбой, то не трать понапрасну моё и своё время.

Я не могу помочь развязать нити Пророчества, эта магия вне моих сил.

Когда призываешь божество, то оно как бы сливается с твоим разумом. Ему открываются твои мысли, желания, чувства, память. Поэтому мне не было нужды отвечать Повелителю Магии – он сам узнал ответ из моих мыслей.

– А-а… Это я могу сделать, – прозвучало в правом ухе.

– В этой деревне сейчас около четырёхсот человек. Этого хватит для жертвы?

– Нужна тысяча, – ответил Повелитель Магии.

– А ты меня не щадишь, я посмотрю! Цена всегда одна и та же…

– Всегда одна и та же.

– Даже несмотря на то, кем я являюсь?

– Это не тот случай, – басисто и безэмоционально ответил голос, – когда стоит просить послаблений. Ты не в безвыходной ситуации. Просто ты ленишься. Не хочешь усердно поработать.

Под «работой» он подразумевал принесение людей в жертву, так?

– Тысяча так тысяча, – вздохнул я, сдаваясь. – Доберу после того, как закончу здесь.

– Хорошо.