Соната лунной принцессы

И правда, кто-то двигался в нашу сторону, при этом силуэт явно был заметно выше раннее упомянутого призрака-машиниста. Да и на искателей приключений на одно место, тоже.

– Прячемся! – Мы отошли чуть назад и укрылись в одном из многочисленных аварийных углублений, сделанных в свое время на случай, если нерадивый обходчик замешкается и окажется на путях после открытия. Так он сумеет спастись от проходящего мимо поезда, если успеет сойти с путей.

Силуэт приближался. По-видимому, он был один и явно искал что-то, или кого-то.

«Ой, чувствую, быть беде». – Интуиция подводила редко, но я до последнего надеялся, что в этот раз пронесет, и рослая тень пройдет мимо.

– Вы кто такие? Я давно вас заметил. – Грубый мужской голос начал первым. – Это наш участок! Я вас не знаю! – Мои надежды на благополучный исход не оправдались.

– Мы – диггеры! – Выпалил Стив. По-видимому, это было первое, что пришло в голову.

– Да! Нам нравится гулять в подземелье! – Подтвердил я, но, по лицу Стивена, понял, что тем самым совершил ошибку (любители подземелья – народ мрачный, я же говорил слишком оптимистически).

Да и по возрасту, мы не особенно подходили, если говорить откровенно. Нам бы стоило хоть побриться для пущей убедительности, или, еще лучше, родиться лет на пять позже. Или даже на десять. В отличие от черных копателей, преследующих наживу, диггеры почти всегда оказывались несовершеннолетними искателями острых ощущений. К слову, по законам Далласа порог зрелости наступает в двадцать один год.

– Так я и поверил! Ребята, выходи! – Мужчина рявкнул командным тоном.

Не прокатило. Вот мы и влипли… Стив выругался сквозь зубы.

И тут я заметил монокль-тепловизор на глазу мужчины. Видимо, он и позволил обнаружить нас в кромешной темноте, а может это и никакой не тепловизор вовсе, а такой же прибор ночного видения, как и у нас, только маленький. Ух-ты, какая игрушка. Даже у полиции нет такого агрегата. Неужели «Цитадель»? Да нет, быть того не может.

Буквально из-под земли выросли еще тени. Сперва одна, потом еще и еще, и так – человек десять. Крепыши, как на подбор. Все в черных потрепанных куртках, таких же перепачканных джинсовых брюках, в военной обуви. Одежду, наверное, присвоили на одном из заброшенных складов.