Соната лунной принцессы

Это, возможно, следствие потери памяти или что-то еще. Но слишком неестественно, чтобы быть правдой.

– Я сперва тоже так подумал, но она ведет себя весьма необычно. Похоже на наркотики или психотропные препараты. Однако, все как-то странно…

– Посмотрел бы я на тебя без памяти, как бы ты себя вел. – Стив, наконец, перестал мельтешить, признаться, его пируэты уже изрядно надоели. – Хочешь дружеский совет? Отправь ее к доктору. Там разберутся. Это последний шанс. Джонс, тебя посадят.

– Не знаю, но… У меня плохое предчувствие… Как бы сказать? – И тут я понял, что сказать абсолютно нечего.

– Все ясно. Ты влюбился! – Сказал, как отрезал. – Рэ-э-эт, я знал, конечно, что тебе нравятся странные девушки, но что бы настолько? – Стив еле сдерживал смех. – Ну ты даешь… Не-ет, ты неисправимый дуралей. Куда ты полез?

– Не говори ерунды. И вовсе нет, с чего бы? Все образумится. – И почему я был так уверен в этом?

– Влюбился-влюбился. Иначе с чего вдруг? Эдакий мачо, защитник слабого пола выискался.

– Не знаю. А что, если она – подопытная из тайной тюрьмы? – Тут Стивен перешел на шепот.

– Не говори ерунды, детективов перечитал? Сериалов пересмотрел? Какие тюрьмы? Какие подопытные? – Хотя, в нашем городе возможно многое.

Действительно, больше смахивает на детектив, хотя, кто знает, всякое может случиться. Мир жесток и далек от идеала, наверное, как никогда прежде.

– Не знаю, может и перечитал, просто пока подожду немного.

– Тогда будь осторожнее. Тише воды, ниже травы. Любопытство еще никого и никогда до добра не доводило. Вспомни, как особо пытливые умы выпустили на волю пожирателей душ. Рэт, ты мой друг и я волнуюсь за тебя. – Рука Стивена коснулась моего плеча.

– Спасибо. Я и сам не знаю, что со мной творится. – Признаться, так и было.

– Повторю для тех, кто в танке. Ты влюбился. Вот и весь ответ. Иначе, с чего вдруг законопослушный полицейский пренебрегает правилами, подвергая себя смертельной опасности? Скажи, она хоть красивая? – Стив улыбнулся.

– Да. Весьма. Черные прямые волосы, карие глаза, длинные ресницы, высокий рост, пышные груди. – О чем я думаю? Перед тобой человек-призрак, о котором не знает государство, а ты рассматриваешь груди. Нет, ну ладно, глаза, ресницы, но груди.