Пепля

 – Срочно-срочно-срочно! – вяло повторял он, будто заела в старом проигрывателе испорченная пластинка.

Неожиданно, со стороны улицы на отражение его лица в стекле наложилась огромная, во всё окно, серая, пухлая морда добродушного зубастого чудовища. Хотя может ли в полночь клыкастая морда показаться для усталого от бессонной ночи ребенка добродушной? Нет, конечно. Подросток испугался, вздрогнул от «глюка».

Но именно такая, добродушная морда чудища, со смешным оскалом жёлтых клыков, сунулась из темноты ночного неба, прилипла снаружи к стеклу носом так, что нос сплющился до свинского пятака размером с колесо детской коляски.

Подросток в кресле замер от ужаса.

Чёрное чудище по-хулигански подмигнуло глазом уличного фонаря. Острые клыки спрятались за пухлыми губами. Растянулся рекламным плакатом розовый рот, вновь оскалился в милой улыбке. Толстое чудище приветливо кивнуло, мол, не грусти, взмахнуло ушами, отлетело от окна, словно свернуло за собой ночь.

Когда сонный подросток, напуганный этим странным видением, проморгался, за окном уже светало.

Игромон – семнадцатый

Небо над городом превратилось в серое покрывало. Окружающий мир оставался чёрно-белым и серым. Иногда мелькали красные огоньки автомобилей, пульсировали в чернильном небе огни воздушных лайнеров.

Трэк сутулился перед экраном монитора компьютера, с лёгкой усмешкой презрения ко всему, что происходило в его собственном виртуальном мире.

По мрачным катакомбам шастал уродливый качок – «спецназовец» в пятнистой армейской форме. Намеренно преувеличенные ноги были обуты в высокие армейские ботинки на шнуровке. Странный персонаж больше напоминал дворового хулигана, что напялил камуфляж старшего брата, влез в подвал, чтобы пострелять огромных крыс. Он и вёл себя как заправский хулиган: лихо стрелял бомбочками… из гигантской рогатки по тараканам величиной с собак, которые выползали, выскакивали изо всех щелей и лопались при попадании бомбочек, взрывались, разлетались цветными петардами, оставляя на бетонных стенах катакомб яркие кляксы.

В подземелье, сквозь решётку вентиляции просочились здоровенные, жужжащие осы со шприцами с ядом вместо жал. Бравый вояка припал на колено, прыснул в стаю едкой жидкостью из огромной медицинской клизмы. Осы-убийцы расплавлялись на лету, смачно шмякались на бетонный пол, будто куски размоченной глины.