Пастель для Галатеи

Ах, этот изумительный переход бедра из-под короткой юбочки в круглую чашечку коленки! Для Марата ножки являлись самым эротичным и обожаемым местом в одетой женщине.

Вика нервно подвигала коленками, поскрипела лайкрой. Марат заурчал в удовольствии от этого чудесного и призывного звука.

Господа-товарищи, вы-то когда-нибудь слышали в тишине скрип женских чулок, коленка о коленку? Нет? Так прислушайтесь, а если будет возможность ещё приобнимите под колени желанную женщину, – ощущения испытаете невероятные. При условии, конечно, что ножки и чулочки будут на уровне.

На высоком уровне. В данном случае, всё было на уровне. На очень приличном.

Марат проскользнул следом за девушкой вдоль витрины. Вика отошла к окну, злясь на беспардонного, назойливого клиента. Марат томительно развлекался. Разминка прошла успешно. Теперь нужно было дожимать.

Минута – другая и Вика окончательно перегрелась от продолжительной наглости клиента, когда тот ещё и за прилавок перегнулся, шумно набрала воздух для ответной дерзости.

– Белую, – потребовал Марат. Он точно рассчитал момент, когда девушка разозлится.

– Акварель, гуашь, темперу, масло. Всё. Покажите.

– Что? – не поняла изумлённая Вика, спуская пары.

– Покажите всё, – нагло настаивал Марат.

– Что всё? – растерялась Вика.

– Всё своё. И всё с прилавка. Белила.

– Белила? Ах, пожалуйста.

Марат выбирал краски долго, мучая тюбики, разложенные на прилавке, уродуя их металлизированные тельца, выдавливая на обёрточную бумагу белых червяков.

Под масляным расползлось жирное противное пятно. Марат брезгливо поморщился. На Вику глаз не поднимал, прекрасно понимая её разбереженное состояние, едва сдерживаемое бешенство. А сам всё заглядывал за витрину, любовался претенденткой в любовницы по самые туфельки.

Вика тихо и сдержанно бесновалась, ругалась шёпотом, отошла к кассирше, ища сочувствия.

– Тело сводит на таких, – проворчала она и громче для беспардонного клиента добавила:

– Платить-то есть чем?

– Платить или есть? – патетически воскликнул Марат.

– Платить придется за всё, – процедила Вика злобно и враждебно. Сквозь зубки. И облизнула сизый «металлик» губ, от волнения. Проняло. Пусть даже раздражение, пусть злость боевая, но проняло девушку, не оставило равнодушной.

– За всё?! – возмутился Марат, чем напряг всех за прилавками и охранника в униформе – ах, пижон, так у него и денег-то при себе нет.

– Оформляйте, – достойно выдержав паузу, заявил Марат.