Новая Эпоха

Бросил коромысло с ведрами, развернулся и кинулся обратно в амбар.

– Угу, – промычал я. Вызвал Астрального Следопыта и убедился, что юноша торопливо роется в углу амбара, извлекает из тайника какие-то свертки и плохонький меч, обернутый в гнилую мешковину. Видимо твердо решил увязаться за мной, или обогнать, встретить по дороге. И теперь понятно, отчего так настойчиво расспрашивал вчера о том, куда иду, чем занимаюсь.

Приключений парню захотелось. И наверняка изнывал от скуки последние месяцы, проклиная тяжелую работу, серость будней.

Вот только если отправится, жить будет интересно, но недолго.

Я сотворил несложное заклинание, пока седлал коня. И уже выехав на дорогу, услышал отчаянную ругань, доносящуюся из амбара – ноги парня вросли в землю: ни оторвать, ни сдвинуться. Волшебство развеется через час-другой. Как раз хватит, чтобы отец вернулся и обнаружил отпрыска на месте преступления, поучил уму-разуму.

Подстегнув коня, я проскакал к лесу. И когда грунтовка превратилась в узкую тропу, а по обе стороны потянулись густые заросли и буреломы, совершенно забыл об оставленном за спиной хуторе, его обитателях, их проблемах и желаниях.

Я опаздывал. И опаздывал сильно.

После боя в Храме и удара Терна пришлось отлеживаться довольно долго. Энергетические каналы тела, оболочки ауры и ядро прилично потрепало. И поначалу я валялся бревном, пил настои, приготовленные личным лекарем Эр-Илиана. Спал или плавал в глубокой медитации, что мало отличалась от сна.

Порой просыпался и чувствовал на губах новую порцию вязкой горечи, боль в мышцах и внутренностях, костях.

Пошевелиться и сесть на постели я сумел лишь через пару дней. И тогда же ясно вспомнил о происшедшем, вскочил и бросился искать одежду, оружие. Но с первых шагов ноги подкосились, и мне пришлось ползти обратно к койке, долго дышать, отгонять темноту перед глазами.

Полное физическое восстановление заняло еще сутки. А вот ядро так и осталось тлеть, Мститель впал в дрему, зализывая раны и являясь лишь изредка во снах. Но на месте я не усидел, добрался до заброшенного особняка, где убедился в худших предположениях: следы успели остыть.

Служители пытались понять, что произошло. И конечно, творили свои заклятия, активно сорили, топтали и вообще разрушали, что можно разрушить, едва улавливая эфирные эманации.