Я демон

Я чувствовала себя, как пробудившийся вулкан! Я никогда не чувствовала столько злости, гнева и ненависти одновременно. Стало жутко, и я не могла понять, почему я так сильно разозлилась? Мне даже показалось, что глаза у меня загорели огнём.

– Нет, отец я пойду! – на удивление громко и твёрдо, сказала я и встала.

Я никогда не повышала голос в присутствии отца и матери. Но вдруг в тот же миг стекло разбилось. Я была в шоке! Всё происходило, стремительно быстро, но в тоже время я запоминала каждый миг. Я инстинктивно быстро перевернула стол и сделала его, как временное укрытие.

Вся семья на удивление быстро спряталась за столом. Слуги, которые стояли поодаль, в ужасе убежали, кого – то из них слегка задело. Это происходило считанные секунды. Шум стих. Остальные слуги во всем доме уже успели сбежаться. Все были ошеломлены, и повисла минута молчания. Дело в том, что у нас в доме были не простые стекла, а пуленепробиваемые. Как же так? Я всегда удивлялась, зачем нам такие окна. И вот, что значит подделка. Но, как они могут быть подделкой, если отец лично все проверяет. Что же тогда это такое?!!!

Посмотрев на семью, я заметила их устремлённые на меня взгляды. И как – то уж само вырвалось, но я сказала: «Извините!» Уж не знаю, за что я извинялась, но я чувствовала себя виноватой. Виноватой за что? За то, что повысила впервые голос и имела смелость дерзить отцу или потому что стекло разбилось. Но ко мне это никакого отношения не имеет. По крайней мере, разбитое стекло. Но интуитивно я чувствовала вину.

Почему?

Все были шокированы не меньше меня. Но мой отец и в такой ситуации не потерял хладнокровия. Он приказал слугам убраться, позвонил в компанию и заказал новые окна. Я же не могла прийти в себя от происходящего. И не решалась продолжать разговор. Когда все хлопоты утряслись, отец сам начал свой разговор.

– Думаю, Джейн ты поняла наш разговор. Ты не пойдешь, сегодня ни куда и точка, – строго сказал отец.

Что же моего упрямства для одного дня слишком много. И всё равно, что подумают в школе.

Я уже хотела покорно произнести: «Да, отец».

– Милый думаю, нам стоит пересмотреть своё решение, – мягким, но твёрдым голосом сказала мать, – в конце концов, она у нас уже взрослая.

Говоря эти слова, она не отводила от меня взгляда. Это был голодный взгляд. Мне стало очень страшно. Она никогда не уделяла мне особого внимания. Всё внимания было сосредоточено вокруг моей старшей сестры. И впервые мать смотрела на меня так заинтересованно и восторженно.