Искусственный отбор

В ранге понизили, но гонор Кириллыч не растерял. И продолжал резать правду-матку в лицо, наплевательски относиться к авторитетам, поучать молодежь.

– Но…

– Дурачье, – изрек Боровин. – Чему вас в академиях учат? А ты сенсорик, или мимо проходил? Нахрена фильтры в нос забил?

– Так пахнет, – развел руками эксперт.

– Видишь, кого присылают работать, Ким? – тяжело вздохнул атлет.

– Вижу, Николай, – вежливо ответил Виктор, непосредственный начальник Игоря.

Мелкий и щуплый, плосколицый, восточного типа мужчина не внушал такого трепета как большой и громкий глава оперативного отдела Лаборатории.

Но агент знал, впечатление весьма обманчиво. Под скромной внешностью прятался острый ум, лицензионный боевой пакет «Ловкач» и твердый как глыба льда характер.

– Ничего ты не видишь, Кимка, глазки-то узенькие. Наверное, потому, что твои предки собак жрали. Такое не съешь, не зажмурившись. А присылают дебилов, прости великий Дарвин! Накачают информацией через проводки, мозги как были обезьяньи, так и остались.

И нафига я подрядился натаскивать молодняк? Счас бы сидел где-то в лаборатории, труп резал в тишине и спокойствии, пиво пил…

– Николай Кириллыч, – взмолился сенсорик.

– Молчать! – взревел старший эксперт. – Ну, обгадилась баба, и что? Подохнете, тоже обделаетесь, мама не горюй. Или мне вас носом ткнуть ей в задницу и заставить нюхать, а? Чуть улику не проворонили, кретины. Нейротоксин-то и металл поди выбиваются из общего амбре… А твой парень молодец, Кимка, даром, что калека.

И нос не воротит, и голова на плечах.

Вряд ли им предстоит узнать, что такое смерть. По крайней мере, в ближайшие лет сто. Если денег хватит.

Но, естественно, Игорь не стал озвучивать мысли. Отдал стрелку парню с анализатором, спросил у полицейского:

– Оружия не находили?

– Э… нет, – невнятно пробормотал страж порядка.

– Проверьте крышу.

– Э…

– Господин сержант обязательно последует твоему совету, – встрял Виктор. Посмотрел куда-то сквозь агента и добавил: – Миронов, на пару слов.

Оба – и безымянный полицейский, и Кириллыч поняли правильно. Первый, брезгливо зажимая нос, кинулся к выходу, а второй остался далее учить уму-разуму нерадивых подопечных. Игорь же поднялся по лестнице и проследовал за начальником в узкий коридор второго яруса.

– Ты опоздал.

– Обстоятельства, – слегка поморщился Миронов.

– И опять забыл включить комм.

Честное признание ошибок являлось лучшей тактикой в разговоре с корейцем.