Когда оживают Тени

Но время мало-помалу зализало раны, и в какой-то момент в жизни Трисы появился Дакейн – немолодой, талантливый и в чем-то одержимый ученый. Именно одержимость и привлекла мать. Ведь отец отличался такой же увлекающейся натурой. А она слишком привыкла к роли той, кто поддерживает, вдохновляет.

Триса не могла знать, что меня направили не в академию, а совсем в другое учебное заведение. Как и о том, почему я покинул школу и не мог вернуться, скитался по Западному и Южному пограничью, скрывая настоящее имя. Не ведала, дышу ли, бьется ли мое сердце.

Терять кого-либо и жить дальше – вот что по-настоящему смело. Ощущая боль и пустоту каждый день, жить наперекор и вопреки. А не как те сопливые трагические герои, чуть что режущие вены, трусливо бегущие от страданий.

Когда живешь, случается, что пустота незаметно наполняется чем-то новым. Именно так и произошло с матерью.

Я знал, через что прошла, что пережила, чувствовала. Глаз и ушей в Таре хватало, сам изредка анонимно навещал столицу, наблюдал украдкой.

А теперь, говоря откровенно, испытывал жгучий стыд за то, что нарушил ее покой: написал и попросил прийти, заставил терпеть презрительные взгляды, обсуждения, унижения. Дал ей осознать, насколько ошибалась, считая меня мертвым. Ведь сейчас ее терзали и иные сомнения. А вдруг и бывший супруг жив?..

Подло. Мерзко. Но пришлось открыться. Документы, что помог восстановить Фергюс, хороши. Но лучше, когда есть люди, способные тебя узнать и подтвердить личность.

Мысли и воспоминания почти на минуту заглушили голоса, и я очнулся лишь в тот момент, когда законник опять обратился к дяде:

– Нолан Мак-Моран, как брат усопшего вы ближе прочих в очереди на титул и грот.

Но появление вашего племянника меняет дело. У сына лорда прав больше.

– Документы подделаны! – снова вклинилась тетушка. – Ормонда не видели в Таре много лет, и я не знаю, кто этот… этот…

– Леди, – поднял руки в знак примирения юрист, – прошу прощения, но удостоверение подлинно. Я распознал бы обман.

– Возмутительно! – повысила голос Орния.

 – Мы заслужили. Мы многие годы поддерживали дом. А теперь неизвестный молодчик пришел и сказал, что отберет наше дело и нашу честь, имя?..

– Законы Олдуотера на сей счет строги, – поджал губы нотариус. – Титул и имущество переходят от отца к сыну. А также обязанности, клятвы верности, долги. Конечно, есть нюансы в отношении жен и братьев, но потомки стоят на первом месте. Если желаете, подайте апелляцию. Но я бы на вашем месте не спешил.