Противостояние: Первый раунд

– А вот этого не обещаю… – с сомнением сообщил проф, и двинулся на кухню, гремя какими-то отодвигаемыми с пути нагромождениями.

– Если что, я могу сбегать в круглосуточный, – вызвался Макс. Раздался хлопок двери холодильника.

– Не надо. Пельмени будешь? Нашел пачку, видать девочки приносили в прошлый раз, а я и забыл. Правда, нет ни сметаны, ни майонеза.

– Буду конечно – ответил Максим – и без майонеза обойдусь.

Чай тоже нашелся, пара пакетиков неизвестной марки завалялась в шкафчике, и, спустя минут 20, Максим почувствовал, что жизнь налаживается.

По крайней мере, на полный желудок умирать уже не так страшно. Ну, или ему так казалось. Взяв кружки с чаем, они вернулись в комнату, и продолжили.

– Хорошо, – сказал профессор – а что там с Африкой?

– А вот с Африкой все несколько иначе. То есть, снижение темпов роста там тоже есть, но оно не такое значительное. Войны тоже есть, но они менее масштабные, хоть и весьма многочисленные. Есть фактор эпидемий, та же Эбола, например, но в целом он не сильно сказался на росте численности населения.

В общем, пока что Африка несколько выбивается из тренда. Точнее из его характера.

– Боюсь, что это ненадолго, – ответил профессор – давай финалить выводы?

– Давайте – кивнул Максим – если отбросить эмоции и смотреть только на факты, то все, что мы видим в мире, все изменения в общественном сознании, все следующие за этим события, действия, а так же пропаганда, ведут к вымиранию планеты.

Если не в этом поколении, то в течение ближайших лет 50, точно. Ну если не к вымиранию, то к серьезному сокращению численности населения.

Есть разные к этому причины, такие как снижение рождаемости в «цивилизованных» странах, и войны и эпидемии в странах менее развитых.

– Дикие себя поубивают, а «белый человек» вымрет сам – тихо сказал Фельштейн.

– Точно, – кивнул Максим – и вот тут начинается самое странное, – сказал он.

– Что же? – с интересом спросил профессор.

– Кому и зачем это надо? Кто и зачем внедряет идеи однополых браков, чайлдфри, позднего рождения, смены пола и прочих вещей, напрямую уменьшающих рождаемость? Какую выгоду Они могут преследовать? Наоборот же, у нас капитализм во всем мире, так?

Профессор кивнул, отхлебнул чаю и поморщился – к другим напиткам привык он в последнее время.

– Больше людей, значит больше произведенного продукта, больше прибыли. Новые рынки нужны? Нужны.