Путь в Вальхаллу

– Абсолютно, – Кирилл взглянул на нее в упор – видимо, все еще воспринимая их разговор на полном серьезе, – даже если ты после этого бросишься под поезд, как Анна Каренина…

– Не брошусь, не надейся!

– И слава богу, – Кирилл удовлетворенно кивнул.

…А насчет шансов, ты, Кира, можешь и не угадать. Вот, подключу под это дело Сюра, и забудешь ты Лунину, как миленький – только, на фиг, оно мне нужно?.. Или почудить?.. Вообще, таких козлов убивать надо еще в роддоме!..

– Чего ты замолчала? – спросил Кирилл, – ты не должна обижаться.

– Никому я ничего не должна, усек?!..

В это время приоткрылась дверь.

– Вот вы где, – в щель просунулась голова Вики, – пошли, постреляем. У Наташки, оказывается, целый пакет всяких салютов. А молчала ведь, жопа хитрая!..

– Она не жопа, она – запасливый бурундучок, – Кирилл поднялся как ни в чём ни бывало, и вышел, обогнув стоявшую на пути Дашу.

– Ну, как вы тут? – не удержалась Вика, поспешно закрывая за собой дверь, – я видела, куда вы смылись, но всем сказала, что курите на лестнице.

После общения с Кириллом Викин щебет лился на Дашу, как прозрачный дождь на иссушенную зноем землю. Запасы веселья, которые копились в душе к предстоящему празднику, прорвав плотину, выстроенную из одиночества и несбывшихся ожиданий, стремительно вырвались наружу.

– Вы – чудо!.. Ты даже не представляешь, что есть тот Кирилл!.. – Даша обняла подругу.

– Ладно, потом расскажешь. Пошли, а то народ уже собирается, – в дверях Вика оглянулась, – кстати, там ветер. Ты б переоделась, а то задубеешь.

Даша представила, как натягивает свитер с джинсами, из принцессы превращаясь в обычную девушку, будто праздник уже закончился. А ведь он еще не начинался!.. Да не может она замерзнуть, пока внутри бьет фонтан радостной энергии!.

Вниз все спустились дружной гурьбой и остановились. Канонада уже стихла, и только редкие, опоздавшие к общему торжеству бессмысленные взрывы нарушали привычную тишину ночи. Небо вновь стало бесконечно черным, и в домах постепенно гасли окна – отдав дань традиции, люди ложились спать, оставив на утро грязную посуду, недопитое шампанское и грустное ощущение прошедшего праздника.