Живешь только трижды

 – А вдруг я сотрудник Службы безопасности Украины, которому поручили ликвидировать изменника родины?

– Из… – Несмотря на полумрак, было заметно, что губы Дубинского сделались почти такими же белыми, как его усы. – Уф… Ну и шуточки у вас.

Он вытер лицо носовым платком. Похоже, эта процедура проделывалась им сегодня регулярно. Платок сильно смахивал на старую тряпку для мытья посуды.

– Шутить изволите вы, Юрий Михайлович, – произнес Бондарь негромко, но достаточно отчетливо. – Сейчас четырнадцать минут первого.

– Извините. – Тот развел руками. – Просто я решил воспользоваться машиной, на тот случай, если нам придется куда-нибудь проехаться. А зажигание барахлит.

– Боюсь, у вас барахлит не только зажигание.

– Э… Не понял?

Бондарь укоризненно покачал головой:

– Вы по-прежнему не поинтересовались, с кем имеете дело.

– Я узнал вас по голосу, – быстро сказал Дубинский. – Вы Стрельцов Евгений Николаевич. Тот самый, кому было адресовано письмо.

– А почему не Кардаш Константин Федорович, который тоже фигурирует в качестве вашего гостя? – Улыбка Бондаря превратилась в широкий оскал черноморской акулы катран.

– Тоже мне секрет Полишинеля. – Носовой платок Дубинского вновь выпорхнул из кармана. – Ваша фамилия значилась в списке первой, следовательно, вы старший. Разве не естественно предположить, что дело со мной будете иметь вы, а не ваш товарищ?

Да, это звучало резонно. Но Бондарь не отбрасывал вероятность того, что собеседник осведомлен о нем и цели его визита несколько лучше, чем прикидывается.

– Курите? – спросил Бондарь, неожиданно повышая голос.

Это было проделано уже после того, как его рука, сжимающая сигаретную пачку, молниеносно вынырнула из кармана и замерла в нескольких сантиметрах от бледного лица Дубинского.

Отшатнувшись, тот шумно сглотнул слюну и просипел:

– Давно бросил. Я же сказал, что занимаюсь спортом.

– А Эльдар?

– Что Эльдар? – Дубинский проделал привычную манипуляцию с платком, после чего тот стал похож уже не на посудную тряпку, а на лоскут, которым протирали стекла автомобиля, осуществившего автопробег вдоль всего крымского побережья.

– Он тоже занимался спортом? – спросил Бондарь.

– Понятия не имею.