Живешь только трижды

В общем, летайте самолетами «Аэрофлота», но не забудьте позаботиться об иных средствах передвижения».

– «Афалина», – задумчиво пробормотал Бондарь, пряча письмо в конверт. – Что-то знакомое. Какая-нибудь богиня?

– Нет, – захихикал водитель. – Это всего-навсего дельфин. А еще у нас водится белобочка. И катран. Это черноморская акула, маленькая, но зубастая.

– Тогда «Ахтиар» – это маленький черноморский кит? – предположил Бондарь, закуривая.

– Да нет же. – Водитель прямо-таки расцвел от возможности блеснуть эрудицией.

 – Когда-то на берегу Севастопольской бухты было такое поселение. Ах-Яр или Ахтиар. В переводе с тюркского означает «Белый обрыв».

Он и прежде не отличался молчаливостью, а с этого момента не замолкал ни на минуту, пичкая пассажиров все новыми и новыми сведениями о родном крае. Когда «Ауди» свернула на объездную дорогу, он счел необходимым упомянуть, что строительство этого тринадцатикилометрового отрезка трассы курировал сам президент Украины Леонид Кучма («Чучма», – хмыкнул Костя).

А когда за окнами открылся вид на Севастополь, водитель высказался в том смысле, что город, подобно Риму, стоит на холмах.

– Мои старики живут в деревне Малые Пеньки, – заметил Костя. – Она тоже расположена на холмах. И что с того?

– При чем здесь какие-то Малые Пеньки? – занервничал водитель.

– А при чем тут Рим?

Бондарь отключился, пропуская их болтовню мимо ушей. Его состояние было каким угодно, только не беспечным. От Москвы его отделяли полторы тысячи километров.

От Симферополя – еще около восьмидесяти. Но при этом они с Костей пока что не приблизились к своей цели ни на миллиметр. И хуже всего, что они понятия не имели, где ее искать, эту цель.

Глава 2

Тайны Черного моря

Каждому школьнику известно, что после развала СССР Российский Черноморский флот, насчитывающий около трехсот боевых единиц, оказался запертым в Севастопольской бухте, принадлежащей Украине. При этом участки моря и суши, арендуемые нашими моряками, не превратились в аналог американских военно-морских баз в Японии или в Южной Корее, поскольку отношения между двумя государствами оставались скорее братскими, чем союзническими.

Правда, не раз и не два «братья» затевали дипломатические споры по поводу принадлежности флота, но всякий раз их разборки заканчивались примирениями, ведь они, несмотря на существующие разногласия, любили и уважали друг друга.