Умри сегодня и сейчас

Надо полагать, дежурные прапорщики заподозрили в нем чуть ли не террориста-смертника, приготовившегося распрощаться с жизнью.

Расчесывая мокрые волосы перед зеркалом в вестибюле, Бондарь заставил себя разгладить вертикальную морщину, пролегшую между бровей, но выражение его лица не стало от этого менее суровым. Серо-голубые глаза даже на собственное отражение глядели неприязненно. А подбородок, помеченный белым шрамом, по-прежнему был вскинут на пару сантиметров выше, чем полагалось по чину капитану Евгению Николаевичу Бондарю, оперуполномоченному оперативного отдела Управления контрразведывательных операций ФСБ России.

Чем вызван его досрочный вызов к начальнику отдела? Надо полагать, не представлением к правительственной награде. Две недели назад Бондарь вышел на организаторов взрыва в ночном клубе «Приход» и даже добился признательных показаний от главаря. Но руководство осталось недовольным чересчур решительными действиями капитана. Очень уж много шуму он наделал в многоквартирном элитном доме, где проживали некоторые весьма влиятельные персоны.

Эхо той пальбы до сих пор аукалось в средствах массовой информации. В итоге никакого повышения по службе, а лишь очередная «черная метка» в личном деле. Так что неурочный вызов к начальству не сулил ничего хорошего. Приготовившийся к очередному нагоняю Бондарь вошел в кабину лифта.

Опередивший его пассажир оказался знакомым сотрудником отдела информационной безопасности. В сокращенном варианте название службы звучало не слишком благопристойно, особенно, когда оибовцев распекали на селекторных совещаниях: «ОИБ, вашу мать, вы там уснули, что ли?!» За глаза эту публику называли «оибнутой»; опера недолюбливали повернутых на электронике хиппарей.

Вечно небритые, нечесаные, в глазах сплошная виртуальная муть, с языка не сходит то ли наркоманский, то ли хакерский жаргон. Вот и встретившийся Бондарю оибовец не придумал ничего лучше, чем развязно пошевелить пальцами:

– Салют, командор. Как делишки на тайном фронте? Лишней лицензии на убийство не найдется? А то теща вконец заколебала.

Парень заржал, воображая себя необыкновенно остроумным. Из его левой руки торчала половинка бережливо потушенной сигареты с фильтром, пахнущей ничем не лучше любого обслюнявленного «бычка».

– Тебе не платят зарплату? – поинтересовался Бондарь, неодобрительно косясь на окурок.

– Наоборот, только вчера три штуки накинули, – похвастался парень.

– Так что же ты тогда крохоборничаешь, Гоша?

– Я Геша.