Туманный вирус

Глаза его казались красными из-за обильных прожилок, проступивших в результате повышенного давления.

– Садись, – буркнул он, кивая на стул возле приставного стола.

Белов молча подчинился.

– Бывал в Казахстане? – спросил Харитонов, перебирая бумаги на столе.

– Чувствую, что вскоре побываю, – ответил Белов.

– Правильно чувствуешь. На, читай.

Харитонов протянул ксерокопию какого-то письма и прикинулся поглощенным изучением других документов.

– Что скажешь? – спросил он по прошествии пяти минут.

– Писал военный, – ответил Белов.

– Откуда такая уверенность?

– Специфические обороты речи, товарищ полковник.

– Например?

Белов хмыкнул.

– Все эти «сроки проведения операции», «уничтожения мирного населения». Лексикон человека армейского, привыкшего выражаться суконным языком.

– Правильно мыслишь.

– Спасибо, товарищ полковник. Есть какие-то зацепки?

– Зацепок немного, – сказал Харитонов. – Но, судя по всему, тут действительно приложил руку военный. – Вкратце рассказав о происшествии в хранилище бактериологического оружия, он заключил: – В похищении «Крови Сатаны» подозревается старший лейтенант Курбатов.

– Если это так, – медленно произнес Белов, – то письмо написал он.

– Или кто-то под его диктовку.

– И почти наверняка сейчас он находится на территории Казахстана.

– Дружественного нам Казахстана. – Сделав это уточнение, полковник поморщился. – С десятью контейнерами, содержащими смертоносные бактерии. В том случае, если президент Казахстана откажется сложить полномочия…

– А он откажется, – вставил Белов.

– Уже отказался, – подтвердил Харитонов.

– «Кровь Сатаны», – как ни в чем не бывало продолжал Белов, – будет растворена в воде, а вода эта распылена над Астаной. Погибнут сотни тысяч соотечественников Султанбаева. Но он останется у власти. Вцепился в нее, как коршун в добычу.

– Давай без поэтических метафор, лейтенант.

– Слушаюсь, товарищ полковник.

После значительной паузы Харитонов продолжил:

– Султанбаев опасается, что имеет место заговор военных, желающих отстранить его от власти.

– Готов оправдать высокое доверие, товарищ полковник.

– Ерничаешь?

– Никак нет.

– Ерничаешь. – Харитонов устало вздохнул. – А зря.