Личное задание

Высокий покровитель Руднева, заседавший на почетном месте при государственной кормушке, недавно назвал точную цену своей любви и дружбы. Всего восемь циферок: 25 000 000 баксов. Почти четверть тонны денег. Без этого взноса в губернаторское кресло не сядешь. Никакие демократические выборы не помогут, хотя народные голоса нынче стоили дешево – по бутылке водки в зубы и пламенные речи в качестве тостов: пейте за мое здоровье, голосуйте за меня, всегда будете сытые и пьяные. Да только без одного-единственного вкрадчивого голоса президентского наместника весь сводный хор избирателей ни хрена не значил.

Потому и стоил этот голос в миллионы раз дороже. Солист, микрофон ему в глотку по самую стойку! Паваротти, мать его так!

Всякий раз, когда гнев начинал душить Руднева, он слегка ослаблял узел галстука и водил головой из стороны в сторону, заставляя себя не кипятиться. В принципе затраты с лихвой окупались за полгода, а все остальное время Рудневу светил один лишь чистый доход.

Такая игра стоила свеч. Но где взять начальный капитал для того, чтобы поставить его на кон?

Личных сбережений на иностранных счетах у Руднева в полтора раза больше, чем запросил столичный выскочка, но было бы полнейшим безрассудством рисковать своими кровными деньгами. Требуемые 25 миллионов Руднев рассчитывал найти прямо у себя под ногами, на государственной земле. На земле, которая запросто выдержит десяток особняков, продаваемых «самсоновцами» всем желающим… желающим избежать нечеловеческой боли или собачьей смерти.

Занимая губернаторское кресло, Руднев запросто мог покрывать темные махинации фирмы.

Держа эти стратегические замыслы при себе, Руднев излагал коммерсанту тактику, поправляя, уточняя, напоминая и расставляя главные акценты. Он был, например, категорически против того, чтобы акционерное общество «Самсон» ограничилось легким косметическим ремонтом существующих дачных халуп, выдавая их за новостройки. Ни в коем случае! На месте хаотичного поселка следовало возвести новый, реальный и конкретный.

Чтобы комар носа не подточил, и прокурор тоже, когда власть сменится.

– А деньги? – рассудительно спросил Губерман. – Настоящий особняк обойдется тысяч в двести пятьдесят. Брать из предоплаты?

– Предоплату не трогать, – твердо ответил Руднев. – Перечислять всю, до копейки, туда, куда я скажу. А деньги на строительство помаленьку вытягивай из оборота, я разрешаю.