Конь в пальто

Я напишу и приду…

– Отпустить? – Ляшенко даже задохнулся от возмущения. – Тебя? Сдурел, что ли? Тебе отсюда дорога одна – прямиком за решетку! Юра! Юра!!! – заголосил он, бухнув кулаком в стену. – Иди, на клоуна полюбуешься!

Полюбоваться бесплатным цирком явился симпатичный курносый парень в дорогой курточке, черных джинсах и сияющих ботинках с квадратными носами и пряжками. Миша опознал в нем одного из утренних визитеров, коварно заманивших его в эту комнату ужасов, за стенами которой притаилось неизвестно сколько безжалостных мучителей.

Миша на всякий случай попятился, волоча за собой перекосившийся каркас стула, в который угодила нога. Он чувствовал себя зайцем, попавшим в волчий капкан. Или каторжником в колодках.

Но Юра, как ни странно, агрессии не проявил, даже смеяться над жалким пленником не стал. Наоборот, смотрел он на Мишу с плохо скрываемым сочувствием.

Это совсем не походило на грубые манеры Ляшенко, который вытряхнул Мишу из деревянного капкана, цепко ухватил его за ухо и провел по кабинету, демонстрируя коллеге со всех сторон.

– Ты глянь на этого сучка, Юрец! Домой просится. В обмороки падает, как барышня. Писать показания отказывается. Что с ним сотворить, а?

– Отпусти его, Ляшенко, – попросил Юра. – Нормальный парень. С ним по-хорошему можно договориться… Да, Миша?

Кто же не хочет по-хорошему, после того, как все время по-плохому? И по почкам…

Вот Миша и кивнул с благодарной готовностью. Ляшенко разочарованно разжал пальцы и вздохнул:

– Ну попробуй сам, Юрец, раз такой добренький.

Миша едва сдержал слезы облегчения, когда этот хам исчез за дверью.

– Кури, – предложил вежливый Юра, как только они остались одни. – Досталось? Я в милиции полгода, а привыкнуть так и не смог. Рапорт написал, увольняюсь через неделю… Тут не умные нужны, а сильные и безмозглые, как Ляшенко…

– За что он меня? – жалобно спросил Миша, пытаясь как-то совместить пляшущую в губах сигарету и дрожащий язычок пламени.

– Нет, – авторитетно сказал Юра. – Он пока аккуратненько. Вот когда ногами месить начнет, будет худо. Ты, главное, яйца прикрывай и зубы стискивай, чтоб не повылетали.

Прикуренная с таким трудом сигарета вывалилась из открытого Мишиного рта:

– Яйца?

– Зубы, – успокоил Юра.