Дай умереть другим

Хорошо, что удалось вовремя раскусить этого проходимца! Рая незаметно перевела дух.

Тем временем парень, поравнявшись с «Окой» в очередной раз, открыл водительскую дверцу, зыркнул по сторонам и наклонился, скрывшись за корпусом машины.

– Не вздумай тоже туда заглядывать, – предупредил Громов. – Просто покажись рядом, чтобы тебя заметили, а потом уноси ноги.

– Конечно, – сказала Рая упавшим голосом. – Я так и сделаю.

– Не беги, но иди быстро, – продолжал Громов свой инструктаж. – Будут окликать, не оглядывайся.

– Ага.

Сунув руку в сумку, Рая машинально ощупала косметичку, в которой хранился ключ зажигания. От громовской «семерки» до «Оки» было метров двадцать пять. Вполне достаточно времени, чтобы завести машину и рвануть со стоянки. Открыв кошелек, Рая достала оттуда пару сотенных купюр и переложила их в карман пальто, намереваясь сунуть их мужику на выезде. Времени на тары-бары у нее не будет.

Парень в куртке с меховым воротником распрямился над крышей «Оки», обвел стоящие вокруг машины цепким взглядом и пошел прочь, грузно перепрыгивая лужи.

– Ничего не перепутаешь? – спросил Громов, тронув Раю за плечо. В его серых глазах отражалось что-то, похожее на участие.

«Артист! – сердито подумала Рая. – Мэл Гибсон в роли заботливого папочки!»

Высвободив плечо, она решительно тряхнула волосами:

– Все будет в порядке!

– Сунешься в машину – погибнешь, – предупредил Громов.

– Что я, полная дура, по-вашему? – У Раи вырвался нервный смешок.

– Тогда иди.

– Чао-какао!

Громов ободряюще кивнул ей и сунул в рот сигарету. Окинув его прощальным взглядом, Рая выбралась наружу и, сутулясь под моросящим дождем, направилась к своей «Оке». Связка ключей была предусмотрительно зажата в ее влажном кулаке.

3

Пуская дым через приспущенное стекло, Громов следил за удаляющейся фигуркой в бордовом пальто, напоминающем покроем кавалерийскую шинель. Странный выбор для молодой особы, ноги которой не отличаются кривизной.

– Черт, – пробормотал он, подавшись вперед. – Что ты задумала, дурочка?

Первым импульсом было окликнуть Раю, а еще лучше – догнать ее и хорошенько встряхнуть, чтобы заставить одуматься. Но вместо этого Громов откинулся на спинку сиденья и стиснул зубы. Он не имел права себя обнаруживать. В этом случае его замысел терял всякий смысл.