Цену жизни спроси у смерти

Голову она мне будет морочить!..

– Вы сначала дослушайте, – заторопилась Милена, перебросив трубку из одной руки в другую. – Этого краба парни сняли с утопленника, они сами хвастались по пьянке. Труп находится где-то за городом. Парни из Киева приехали, звать их Гога и Кузя, проживают они в 260-м номере гостиницы «Бриз».

– Ты ничего не путаешь?

– Ничего, – твердо сказала Милена. – Я же собственными ушами все слышала. Оба имеют самое прямое отношение к утопленнику, это было ясно по их разговору.

– Стоп! – рявкнул Журба. – Про краба потом расскажешь, при встрече. Все с самого начала, до мельчайших подробностей.

Милена не устояла с трубкой на месте, принялась нервно прохаживаться по квартире.

– Ничего больше я не знаю, – сказала она. – Только то, что вы уже от меня слышали.

– Это тебе кажется, красавица. – Тон Журбы потеплел. – Я задам тебе пару наводящих вопросов, и ты сама не заметишь, как вспомнишь еще много чего любопытного.

– Ну, согласна, – неохотно признала Милена. Она уже жалела, что ввязалась в эту историю. И сон ей накануне нехороший снился – про клубок земляных червей в тарелке.

– Вот видишь! – обрадовался Журба. – Главное, красавица, никому больше об этом деле не трепись, если не хочешь неприятностей.

– А я и не треплюсь. – Желая себя подбодрить, Милена заглянула в кухню, подмигнула Лиле и сказала в трубку: – Никто, кроме нас с вами, ничего не знает. Если не считать Гоги с Кузей.

– Прекрасно, клепать мой болт, просто прекрасно. – Голос Журбы выражал вовсе не радость, а сплошную задумчивость. Казалось, в этот момент он смотрит в окно и кусает губы, принимая какое-то важное решение. Наконец он заговорил снова: – Значится, так: сиди дома, не высовывайся и помалкивай. Сейчас у меня кое-какие дела, но ближе к вечеру я к тебе загляну, потолкуем.

– У меня заказ на семнадцать ноль-ноль, – предупредила Милена.

– Где?

– В гостинице.

– Ну да, – усмехнулся Журба. – Куда же ты без гостиницы, а гостиница без тебя… И когда думаешь освободиться?

– Часиков в шесть. Клиент сегодня уезжает вечерним поездом, у него времени будет в обрез.

– Понятненько… Прощальная гастроль, значится… Так-так… Угу… Ладно, жди меня в шесть. Скажем, на пляже гостиницы. Возможно, я буду на машине. Прокатимся куда-нибудь вдвоем.

– Никуда я не поеду! – Милене стоило больших трудов удержаться от крика.