Хроники московских некромантов

От сердца к кончикам пальцев пробегает ручеек энергии, который я удерживаю. Давай сюда, ну, ты же хочешь…

Есть! Тварь приближается настолько, что касается знаков внутреннего круга. Сила, сорвавшаяся с моих пальцев, моментально активирует их, и тварь намертво вязнет в ловушке. Она яростно дергается, и я чувствую, как вздрагивает контур. Сильная скотина! Подпитываю круг, но, похоже, придется еще тянуть энергию из нее. Паршиво это, сила их – дурная, ядовитая… Но деваться некуда. Свить плеть или ударить еще чем нельзя – ловушку развалю.

Чужеродная, непригодная для живого сила растекается по телу, и защитные узоры вспыхивают болью. Роняю чашку, дышу глубоко, борясь с головокружением, и продолжаю вытягивать из бьющейся в сети твари энергию. Нужно ослабить ее как можно больше, чтобы развеять, иначе она, подраненная, сбежит в Тени…

Накатывает тошнота, еще и кровь носом идет. Да твою-то мать, сколько там в тебе, в голодной-то?! Хотя… контур держит заметно крепче – значит, немного.

Попробуем? Разрываю связь между собой и тварью и даю поток силы на внешний круг. Первым вспыхивает знак, смоченный моей кровью, от него сила по цепочке разбегается к другим, и заклятие бьет по твари, разрушая ее сущность, распыляя ее по Теням.

Всё. Готово. Сижу с минуту, пока не унимается тошнота. Потом встаю, одной рукой сдавив кровящий нос, подошвой ботинка стираю символы на песке и обхожу притвор по периметру, убирая рисунки мелом. Можно собирать манатки и уходить.

На улице запихиваю окровавленный платок в карман, собираюсь закурить. Подошедший Дима молча отбирает сигарету с зажигалкой, сует мне бутылку воды и шоколадку.

– Ты не офигел? – вяло возмущаюсь я.

– Нет, – спокойно отвечает братец. – И ты не офигевай. Звони этому лысому, и поехали рассчитываться.

До поселка по всем колдобинам добираемся за полчаса. Я с профессиональным интересом кошусь на кладбище при въезде, но молчу; если там чего и надо делать, то точно не сегодня.

У администрации Димка оставляет меня в машине, за деньгами идет сам и вскоре возвращается. Я в это время звоню отцу – кратко отчитаться и сказать, во сколько примерно приедем.

– Нормально всё? – спрашиваю, положив трубку.

– Да. – «Рэйндж» мягко трогается с места. – Нудел немного, что расценки у нас высокие.

– Ну так договаривался бы с местными! – фыркаю я. – Можно подумать, у них ближе, чем в Москве, некромантов нет.

– А я спросил.