Возвращение к истокам

Кровь побежала веселее по сосудам, в раненую руку вернулась чувствительность. При этом боль отступила, затаилась и лишь изредка напоминала о себе короткими импульсами. Алексей посмотрел на руку. Она была перевязана по верху комбинезона чистым куском белой ткани, бережно подвязана к шее повязкой.

– Спасибо, – сказал Алексей, благодарствуя сразу за все.

– На здоровье, – ответил мужик. – Ну, раз все в порядке, можно и поговорить. Для начала давай познакомимся. Как тебя зовут, я знаю. Меня же все кличут Славимудром.

Заметь, не Славиком, не Мудром, а именно Славимудром. Если имя, данное тебе при рождении, урезается, вместе с ним урезается и сила человека, его возможности.

– А как же Радик? – не удержался Алексей.

– Я же говорил тебе, что меня зовут – Ратибор, – ответил тот весело. – А Радик – это так, для конспирации.

– Типа псевдоним?

– Типа того. Нет ничего общего между именами Ратибор и Радик. Усек?

– Усек.

– Пойду, пройдусь, – сказал Радик, поднимаясь на ноги.

– Ты к пчелам загляни, – посоветовал Славимудр.

– Добро.

Алексей провел его взглядом, впервые обращая внимание на место, где находится. Он лежал на ковре из мха, большом и мягком. Спина упиралась в широкий ствол дуба, который отбрасывал густую тень. Дальше, метрах в двадцати, плескались волны. Была ли это широкая река или большое озеро – непонятно. По берегу рос камыш и какие-то кусты. Вокруг того места, где сидел Алексей и Славимудр, ковром расстилались цветы. За спиной, там, куда ушел Радик, виднелась роща.

И никаких строений видно не было.

– Где это мы? – спросил Алексей.

– В Храме, – серьезно ответил Славимудр.

– Да ну?

– Видишь ли, наш мир многогранен и многолик, – тщательно подбирая слова, словно рассказывая о чем-то сложном маленькому ребенку, продолжил Славимудр. – Мир, в котором сейчас живет человек, имеет три измерения: длина, ширина, высота. К ним можно добавить четвертое: время. Человек уже давно понял, что кроме нашего мира существуют и иные миры, где измерений больше или меньше, а в некоторых из них число измерений не всегда кратно целому числу.

Кажется, об этом писал российский писатель Головачев. И был абсолютно прав. Так вот, Храм построен по законам дробных измерений, когда здание снаружи кажется меньше, чем изнутри. Как видишь, это уже и не строение даже, а нечто большее.

– То есть вода – это то самое озеро, – догадался Алексей.

– Именно!

– Тогда подскажи, где стены Храма?

– Они сейчас невидимы.