Чароплёт

 – Никогда не подумаешь мне что-то подарить от себя! Я вот тебе подарок уже приготовила, а теперь, наверно, не дам. Обижусь и не дам!

– Подарок? – удивился я. – С чего вдруг?

– Ну знаешь, по-моему, это просто возмутительно! – негодующе произнесла Элеонора, вставая и упирая руки в бока. – Я что же, не заслуживаю подарка просто так?

– Заслуживаешь, заслуживаешь, – идя против совести, поспешил согласиться я, – но я не о тебе. С чего вдруг мне подарок?

– Какой подарок? – удивленно открыв глаза, спросила невыносимая девица.

– Моя драгоценнейшая Элеонора, – устало посмотрев на нее, произнес я, – я понимаю, что пистолет, чтобы застрелиться, ты мне не дашь, но вызови хотя бы психиатра! Если я сойду с ума, моя ценность упадет до нуля.

– Ладно, – смилостивилась моя собеседница, – пошли. Засиделись уже.

– К психиатру? – с надеждой спросил я.

– На расстрел.

– Тоже неплохо, – кротко согласился я, вставая с кресла. – А право на последнее желание мне дадут?

– Конечно.

Она указала мне на дверь, которой только что здесь не было.

– Хотя о чем это я? Как-то не пристало мне просить, не находишь? Требую!

Покачав головой, я прошел в дверцу.

У-у-у!!! Яркий свет в глаза ослепил меня, вой фанфар оглушил, а барабанная дробь повергла в шок. Дурдом, настоящий дурдом, а не Резиденция правительницы... Я закрыл глаза и заткнул уши; помогло не сильно.

– А вот и главный герой торжества! – донеслось сквозь пальцевую затычку, и я осторожно вынул пальцы из ушей. – Поздравляем с годовщиной, Петр!

– Какой еще годо... – начал было я, но тут же вспомнил.

Ровно год, как я нахожусь на службе у Элеоноры в целом и у государства Маникия в частности. Теперь и про подарок понятно... Нет, ну вот скажите, это нормально, когда годовщину со дня начала работы отмечают таким образом? Впрочем, за это время я уже почти смирился с выходками Элеоноры.

Сверкнуло несколько вспышек; готов поспорить, что вечером развороты половины столичных газет будут «украшены» моей кислой физиономией. Я вынужденно скорчил приветственное лицо и помахал рукой. Лео, естественно, вывела меня на возвышение – отдуваться, заранее пригласив репортеров, а сама исчезла.